издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Базы вопросов

Внимание к прибайкальским турбазам накануне очередного туристического сезона обеспечено. Январский пожар на одной из них, закончившийся гибелью двух китайских туристов, всколыхнул даже федеральные СМИ. В феврале замглавы Росприроднадзора сообщил, что четыре пятых из проверенных надзорными органами баз отдыха и гостиниц работают с нарушениями закона. А в марте Байкальская межрегиональная природоохранная прокуратура собрала у себя предпринимателей и экологов, чтобы найти баланс между развитием туристического бизнеса и сохранением экосистемы озера. Что из этого вышло – в материале Егора Щербакова».

С нарушениями закона работают 40 из 50 турбаз на Байкале, которые проверила природоохранная прокуратура. Об этом заместитель руководителя Федеральной службы по надзору в сфере природопользования Амирхан Амирханов сообщил ещё на заседании межведомственной комиссии по вопросам охраны озера, состоявшемся 2 февраля. «Трагедия, которая произошла недавно (пожар на базе отдыха «Дарьяна» на Ольхоне 28 января, в результате которого погибли два туриста из Китая. – «СЭ»), связана с тем, что там нет ни очистных сооружений, ни нормальных условий, обеспечивающих безопасное пребывание людей, – подчеркнул он. – Нарушение природоохранного законодательства – это следствие всего остального. Необходимо упорядочить эту проблему до начала туристического сезона. Это касается как иркутской части [побережья], так и бурятской».

Нарушения, отметил в разговоре с корреспондентом «Сибирского энергетика» Байкальский межрегиональный природоохранный прокурор Сергей Зенков, делятся на несколько категорий. В первую очередь это размещение турбаз на земельных участках, которые по закону для этого не предназначены. Кроме того, значительная часть владельцев туристических объектов, на которых выявлены нарушения, не предпринимает мер по утилизации отходов. По закону на побережье Байкала необходимо организовать сбор и вывоз бытового мусора – захоронение того, что официально именуется твёрдыми коммунальными отходами, запрещено. Водный кодекс также предписывает, что септики должны быть герметичными. Жидкие бытовые отходы точно так же необходимо вывозить. «Возможна установка локальных очистных сооружений, но только таких, которые работают по замкнутому циклу», – сообщила начальник отдела по надзору за исполнением законов об охране природы Байкальской межрегиональной природоохранной прокуратуры Светлана Ермаченко на круглом столе с представителями турбизнеса и экологами, который состоялся 23 марта.

Для тех, кто использует скважины для снабжения турбазы питьевой водой, обязательно наличие лицензии на право пользования участками недр. И в этом случае при использовании поверхностных вод необходимо также иметь санитарно-эпидемиологическое заключение на качество воды и на проект санитарной зоны охраны её источника. В Центральной экологической зоне Байкальской природной территории также требуется соблюдать предельно допустимые нормы воздействия на окружающую среду, которые установило Министерство природных ресурсов РФ. «По расчётам Росприроднадзора, в Хужире нагрузка превышает предельно допустимую в полтора раза, – добавила Ермаченко. – Там можно говорить только о сокращении антропогенной нагрузки». При этом для части посёлка, да и для всего Ольхонского района, характерно ещё одно нарушение – содержание турбаз под видом объектов индивидуального жилищного строительства.

 

«Конечно, есть базы, которые можно привести в правовое пространство, – заключил Зенков. – Есть те, с которыми это сделать можно, но сложно. А есть объекты, которые не привести в правовое пространство никогда». В природоохранной прокуратуре лишний раз подчёркивают, что проверки объектов туристического бизнеса проводятся во имя соблюдения законности, а не ради их закрытия. Кто-то из представителей отрасли полагает, что их по умолчанию включат в третью категорию.

«Психологи когда-то проводили тест, спрашивая у человека, какой цвет у него самый нелюбимый, – начала своё выступление на круглом столе председатель комитета по предпринимательству в сфере туристской, курортно-рекреационной, ресторанной и гостиничной деятельности при Торгово-промышленной палате Восточной Сибири, председатель ревизионной комиссии Сибирской Байкальской ассоциации туризма Марина Григорьева. – Большинство отвечало: «Зелёный». Когда спрашивали десять раз подряд, он становился любимым. Так вот, когда всё время говорят, что туризм незаконный, нелегальный и преступный, основная часть представителей легального туристического бизнеса начинает ощущать себя какими-то преступниками. Но туризм – признанная отрасль экономики. И никакая другая отрасль не даёт такой мультипликативный эффект». Например, доходы консолидированного бюджета Иркутской области от туризма в 2017 году превысили 8 млрд рублей.

Легальный бизнес выполняет все требования природоохранного законодательства. Но, по мнению Григорьевой, правовые коллизии, которые существуют, ставят отрасль на грань исчезновения. «Если мы не поменяем своё отношение к Байкалу, не поменяем управление потоками, туристическая деятельность будет потеряна для профессионалов», – подытожила она. В том, что именно считать правильным, кроется противоречие между предпринимателями, стремящимися развивать бизнес, и защитниками окружающей среды. Орнитолог Виталий Рябцев, выступавший, кажется, от лица всех последних, заявил, что туристический поток необходимо регулировать, а условия пребывания туристов на Байкале – строго регламентировать. «В целом турпоток давно пора ограничить, привести в соответствие с допустимой рекреационной нагрузкой, – продолжил он. – Застройка природных территорий должна пресекаться. Важно выяснить законность многочисленных сделок по продаже земли. До тех пор, пока не будет наведён порядок на уже построенных турбазах и в гостиницах, на возведение новых следует наложить мораторий».

Далеко не у всех предпринимателей подобные идеи нашли бы отклик. Владелец турбазы на Малом Море Дмитрий Демиденко, представившийся также как «биолог-охотовед по образованию», начал с того, что готов уйти в другой бизнес, но закончил фразой о том, что «нельзя всё запретить». «Для чего мы всё это делаем? – задал он риторический вопрос. – Самое главное – человек. И защита Байкала – тоже для человека». Коллеги его поддержали, припомнив (без конкретных цифр) снос домов на территории Прибайкальского национального парка, границы которого «не могут утвердить 31 год».

Точку в разгоревшемся споре поставила старший помощник природоохранного прокурора по обеспечению участия прокуроров в гражданском и арбитражном процессе Елена Мальханова. «Суды удовлетворяют иски, если объекты возведены на территории нацпарка без разрешения федерации, – подчеркнула она. – Приостанавливается деятельность только тех туристических объектов, на которые вышли с проверкой, проверили и выявили нарушения, несовместимые с порядком деятельности на той территории, где они находятся. Да, всё законодательство сейчас направлено на то, чтобы обеспечить сохранность объекта всемирного наследия ЮНЕСКО. Все ездят в другие страны и знают, что там, где есть такие объекты, ничего не строится с момента получения этого статуса. Сохраняется то, что послужило основанием для включения в список всемирного наследия». Но точка, поставленная на заседании круглого стола в преддверии нового туристического сезона, стала очередной запятой в вечном споре между извлечением сиюминутной прибыли и сохранением природы.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер