издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Горемычные пенсии...

Горемычные
пенсии…

Александр
ГОЛОСОВ, "Восточно-Сибирская
правда"

По федеральному закону о
пенсиях пациенты областной
психиатрической больницы N 2,
расположенной в селе
Александровское Боханского района
автономного округа, имеют право
получать на руки пенсии в полном
объеме. В отличие, скажем, от
пациентов домов для престарелых,
часть пенсии которых идет на нужды
заведения. Однако в исполнение
гуманного закона вносит коррективы
наша далеко не гуманная жизнь, в
которой с нищетой и безденежьем
соседствуют безнравственность и
бессердечие.

Призыв
о помощи

В редакцию
"ВСП" пришла коллективная
жалоба от пациентов
Александровской психолечебницы. В
пространном послании с детективной
подоплекой: "Письмо отправляем
из Иркутска, — сообщают его авторы,
— так как местным властям не
доверяем". Речь идет о задержке с
выплатой пенсий. У авторов жалобы,
что называется, "накипело".
"Совершенно бесцеремонно, —
пишут они, — нагло действует
Боханский райсобес, не дает деньги,
морочит головы, то переводит без
нашего согласия пенсии в Сбербанк
п. Александровск, тогда им паспорта
подавай, и вообще непонятно, чего
хотят работники Боханского
райсобеса, видно, решили, что нам не
нужна пенсия. Мы что, ни в чем не
нуждаемся? Так сейчас в нашей
больнице тяжелое положение, не
выдают пенсии, дотации на
содержание больных с трудом
выбивают на продукты для кормления,
долгов много, а мы без претензий,
так как питались раньше со своих
пенсий, сейчас питания не хватает…
Мы понимаем, что сегодня всем
тяжело, но мы и так Богом обижены, а
тут еще и работники райсобеса
издеваются, лишили единственного
источника существования …
райсобес прекратил, фактически
отказал в выплате пенсий, и больные
пострадали, и администрация
больницы портит нервы с этим делом.
Ведь она заинтересована в том,
чтобы больные могли купить себе
продукты питания, одежду, обувь…
Искренне будем благодарны, если вы
поможете администрации в этой
тяжбе с райсобесом…"

Убугунова
хотела, как лучше…

За
сведениями о "нехорошем
райсобесе" я обратился в
компетентные органы округа,
имеющие прямое отношение к выплате
пенсий: в отделение пенсионного
фонда и комитет социальной защиты
населения. Однако, вопреки моим
ожиданиям, и начальник
контрольно-ревизионного отдела
ОПФР Г.Мантатов, и руководитель
пенсионного отдела ОКСЗМ Е. Маркова
восприняли жалобу спокойно, но не
безразлично. Выяснилось, что для
них это письмо — лишь отголосок
бурных прошлогодних событий, с
которыми им пришлось разбираться.
Тем не менее, они любезно вызвались
организовать поездку в
Александровское и приняли в ней
участие.

Жалобы от
пациентов психолечебницы на
нарушения в выплате пенсий были и
раньше. И вот в конце 1998 года новая
заведующая Боханского комитета
социальной защиты населения Софья
Михайловна Убугунова решила
навести порядок в безадресном
получении пенсий по доверенностям
и их бесконтрольном расходовании
администрацией больницы. Для этого
Убугунова приостановила перевод
пенсий пациентов больницы в
Сбербанк. Отныне получатели этих
денег должны были предъявлять
паспорта пенсионеров, а
расходование пенсионов
подтверждать товарными чеками,
счетами и отчетами. Однако благое
дело заведующей КСЗН в какой-то
мере обернулось уже известными
проблемами. Намерения Убугуновой,
конечно же, не вымостили дорогу на
больничный погост, это сделало,
бесспорно, бюджетное
недофинансирование, но внесли свою
горькую лепту в похоронную
эпидемию, обрушившуюся на
психолечебницу. Глава
Александровской сельской
администрации Нина Григорьевна
Агафонова говорит, что в те жуткие
полгода в больнице хоронили через
день. Умирали ослабленные больные.
Так случилось, что стремление
Убугуновой навести порядок в
расходовании горемычных пенсий
пришлось на провальное
недофинансирование больницы из
госказны. Администрация больницы
забила тревогу,
пациенты-пенсионеры стали дружно
писать жалобы во многие инстанции,
вплоть до губернатора области и
главы окружной администрации. В
больницу зачастили комиссии. Под
этим напором Убугунова отменила
свое решение, и все вернулось на
круги своя. Пенсии стали, как и
прежде, выдавать оптом по
доверенности без паспортов
получателей.

Надо сказать,
что паспортная проблема для
пациентов закрытой спецлечебницы
практически неразрешима. Многие из
них паспорта давно потеряли, есть
среди больных и неграмотные, многие
не помнят своего прошлого. Ведь
сюда мало кто приходит по доброй
воле. Привозят насильственно, в
момент обострения болезни, в
невменяемом состоянии, снимают с
поездов и самолетов, от многих
больных родственники отказываются.
И проблема подконтрольного
расходования пенсий решаема лишь
отчасти. Потому как значительная
часть пенсионных денег идет в общий
котел, расходуется на нужды
больницы. Это подтверждается
справками по результатам проверок,
в которых участвовали мои
собеседники Григорий
Константинович Мантатов и
Екатерина Кузьминична Маркова. Все
три справки датированы июлем
прошлого года. В них говорится:
"До декабря 1998 года приобретение
товаров на деньги пенсионеров не
подтверждалось чеками, счетами.
Имеются случаи приема денег с
больных на нужды отделений без
заявлений пенсионеров. С пенсий 49
человек собрано две с половиной
тысячи рублей. На них приобретено
шесть комплектов штор, стиральная
машина и телефонный аппарат… На
момент проверки шесть действующих
поручений Ф-П-2 не сняты с выплаты в
связи с выпиской пенсионера…" В
одной из справок при вторичной
проверке одного из отделений
больницы говорится: "При
выборочной проверке прихода и
расхода пенсий расхождений нет. Все
деньги пенсионеров в отделении
расходуются по заявлению
пенсионеров…" То есть на общие
нужды, но уже по личным заявлениям.
Заявления, чеки, счета, акты, отчеты,
подтверждающие расходование
пенсионных средств, — это во многом
заслуга С. Убугуновой.

Уносимые
ветрами перемен

Поездка в
Александровское не очень удалась.
Нам не довелось встретиться с
главврачом В. Добрыниным и
главбухом М. Бобрышевой. Они в этот
день уезжали на коллегию в Иркутск.
Но мы застали еще их в
Александровском. И разминулись при
странных обстоятельствах, которые
наводят на размышления. По пути мы
заехали в сельскую администрацию, и
глава Н. Агафонова позвонила в
больницу, чтобы поставить в
известность о цели нашего приезда
по жалобе больных. Говорила она с
главбухом. Мы увидели отъезжающих в
Иркутск перед самой больницей,
посигналили светом, но они не
остановились. Думаю, ради приличия
можно было на минуту остановиться,
объяснить, посоветоваться, к кому
из врачей обратиться. Говорят, что
Добрынин по-своему оригинален.
Проверяющих не жалует, а
"ревизоров" из округа —
вдвойне. Больница-то областного
подчинения, хоть и находится в
округе. Однако, сказывают, что к
приезду телевизионщиков из
Иркутска в больнице повесили новые
шторы и приготовили пельмени.

Тем не менее,
нас приветливо встретил Юрий
Николаевич Маслов, опытный врач,
тактичный, сердобольный человек,
принимающий близко к сердцу
проблемы горемычных больных,
прилагающий усилия к их разрешению.
В период пенсионного кризиса он не
раз бывал в Боханской прокуратуре и
комитете социальной защиты
населения и тем ускорил решение
вопроса о выплате пенсий. И
несмотря на занятость — в этот день
в его отделение поступил буйный
пациент, — Маслов ответил на все
вопросы, содержащиеся в жалобе
больных.

Областная
психоневрологическая больница N 2
располагается в знаменитом
Александровском централе, в
котором при царе содержались
политические заключенные, жившие
не в ладах с законом и общественной
моралью.

Теперь на
смену им пришли сотни жертв трех
социальных ломок, которые пережила
Россия за двадцатое столетие.
Мрачные казематы централа и для
здоровой психики — нагрузка
стрессовая, а для нарушенной она
запредельная, уже сама обстановка
не лечит, а калечит. Тем более что
централ с момента постройки
капитально не ремонтировался.
Глава сельской администрации Н.
Агафонова говорит, что комиссия
признала: психолечебница находится
в аварийном состоянии. И что, вроде
бы, губернатор Б. Говорин пообещал
года через два перевести ее в новое
место.

Когда
переступаешь порог централа, на
память невольно приходит чеховская
"Палата N 6". У которой, как
пишет классик: "… тот особый
унылый, окаянный вид, какой у нас
бывает только у больничных и
тюремных построек". А тут сошлось
два в одном: тюрьма-больница.
Толстые обшарпанные стены,
изгрызанные временем полы,
ступеньки и поручни, вышибающий
слезу стойкий аромат хронически
неисправной канализации. В
больнице в семи отделениях — трех
мужских и четырех женских —
содержится пятьсот больных. На семь
отделений лишь шесть врачей.
Несмотря на льготы, врачи
"психушку" не жалуют из-за
жилищно-бытовых условий. Даже
холодная вода в домах
медработников — благо и редкость. У
психолечебницы свое кладбище, но
нет ритуальной службы и лицензии на
захоронения. За это в прошлом году
областной пенсионный фонд
оштрафовал администрацию больницы
на семьдесят тысяч рублей. За
нецелевое использование пенсий
больных. Другого источника средств
на эти цели у больницы практически
нет.

Живые
сраму не имут

Жалоба в
"ВСП" была написана больными
седьмого отделения. Старшая
медсестра отделения Тамара
Михайловна Прохорова, прочитав
письмо, говорит: "Так это когда
было? В мае прошлого года конфликт с
райсобесом был улажен, и пенсии
стали выплачивать без задержек.
Может, кто-то и не получил, но уже по
иным причинам. Что же касается
выдачи пенсий, так выдаем по
ведомости, у старших медсестер есть
вот такие тетради, прошнурованные,
пронумерованные, приобретаемые на
деньги пенсионеров товары
подтверждены чеками и счетами…"

— Безусловно,
многочисленные проверки, в том
числе и прокурорские, ужесточили
контроль за расходованием пенсий, —
говорит врач седьмого отделения Ю.
Маслов. — Но это, так сказать,
надводная, видимая часть проблемы.
Больные правы: кроме нас, врачей,
многие не считают их за людей.
Большая часть родственников
отказывается от наших больных. Но
начинают ездить, обивать пороги,
когда больные умирают. Есть
"родственнички", которые
оформляют опекунство, получают
пенсии больных по договоренности и
навещают их раз в три года с кульком
дешевой карамели. Пытаемся
отказывать таким родственникам в
опекунстве через собес, но тяжба
эта очень канительная. И коль
родных "по крови" поразило
бессердечие, то что говорить о
чужих людях — чиновниках в
райсобесах, медработниках во
ВТЭКах. На мой взгляд,
Усть-Ордынский ВТЭК проявляет к
нашим больным неслыханное
равнодушие. Подходит срок
переосвидетельства больного на
инвалидность. Посылаем в Усть-Орду
документы по компьютеру. А там
комиссию проведут, а розовые
справки нам и отрывной талон в
райсобес не отправляют. Пенсионеры
не получают пенсии. С октября
прошлого года во ВТЭКе лежали
розовые справки на нескольких
больных. Пока наш фельдшер Юрий
Доржиевич Дансоронов сам не
съездил за справками. Бывает, что
документы на инвалидность высылают
по месту жительства больного, а там
и думать забыли и родственники,
райсобес. У врачей много времени
уходит на эти дела: запросы, письма,
поездки. Мне думается, давно
назрела необходимость собраться
вместе сотрудникам службы защиты
населения, пенсионного фонда и ВТЭК
и навести должный порядок в выплате
пенсий по инвалидности нашим
больным.


Выяснилось, что жалобу писала
больная седьмого отделения Елена
Федоровна Рябуха, она до сих пор не
получает пенсию. Никто не знает,
куда выслали тот злополучный
корешок, о котором говорил врач
Маслов. Рябуха из Ангарска, в
больнице находится три года.
Несколько месяцев не получал
пенсию больной Дмитрий Тимофеевич
Оберняк, пока плутали по инстанциям
его документы для оформления
инвалидности. И таких больных в
моем блокноте более двух десятков.
Есть и такое: больные выписались, а
пенсии продолжают идти в больницу.
Работник окружного пенсионного
фонда Григорий Константинович
Мантатов, принимавший участие в
нашей поездке, говорит, что
ежемесячно больница получает 115
тысяч рублей пенсионных средств, но
несмотря на многочисленные
проверки, полной ясности в
расходовании этих денег нет.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector