издательская группа
Восточно-Сибирская правда

"Отрада есть на горной крутизне..."

"Отрада
есть на горной крутизне…"

Олег БЫКОВ,
"Восточно-Сибирская правда"

Звонок из
Москвы развеселил Петра
Михайловича. Звонил давнишний
хороший знакомый, коллега.
"Слышь, Михалыч, я тут прочитал
твою статью в "Экономической
газете" и грешным делом подумал —
это кто у кого списал — Путин у
Хренова, или ты у Путина?"
Признаться, этот пассаж позабавил и
меня. Ситуация, действительно,
неординарная. Где-то в первой
половине прошлого, 99-го, года, когда
Путин и не помышлял о
президентстве, а был хотя и не
простым, но "всего лишь"
кандидатом экономических наук, в
одном из центральных изданий
появилась его публикация о
необходимости более эффективного
развития территорий, исключительно
важной роли минеральных ресурсов в
развитии российской экономики.
Отдавая дань чувству юмора
московского друга, отметим, что
идеи и проблемы, высказанные П.М.
Хреновым в "Экономической
газете", он начал поднимать аж в
те времена, когда нынешний наш
президент, как говорится, под стол
пешком ходил, даже еще раньше, до
того, как в 1949 году его, Петра
Хренова, пригласили в только что
организованный академический
институт Земной коры. Эта его
ипостась исследователя, подчеркнем
— государственника — укрепилась и
достигла полной своей реализации в
звездный период его жизни, когда в
70-е, 80-е годы возглавлял
Восточно-Сибирский НИИ геологии,
геофизики и минерального сырья.

Да и сегодня
еще он — и свидетельством этому
программное выступление в
"ЭГ", публикации в других
изданиях, включая "Восточку", —
он, заслуженный геолог, доктор наук,
профессор, не растерял бойцовских
качеств, не стушевался. Ибо Хренов
не только и не столько декларирует
свои принципы и подходы, сколько их
отстаивает — на конференциях, в
открытой полемике, в студенческих
аудиториях. Хотя, и тут ничего не
поделаешь, годы берут свое…

… Мы сидим в
уютном домашнем кабинете Петра
Михайловича и ведем неторопливый
разговор. Мне уже доводилось бывать
в этой квартире в доме на улице
Российской, когда это было — дай бог
памяти — да, чуть более двадцати лет
назад, в 1978 году. Здесь мало что
изменилось. Великолепная
библиотека, на полках любимые им
Купер, Уэллс, Джек Лондон,
Паустовский… Замечаю, что на
стенах заметно прибавилось
живописных холстов, в основном
пейзажей — ни дать ни взять
художественная галерея в
миниатюре. Что интересно,
большинство картин написано
геологами — друзьями Петра
Михайловича, учениками.

Я включаю
диктофон и не без удовлетворения
отмечаю одну из особенностей моего
собеседника — умение говорить
сжато и энергично, ясно и четко
формулировать свои мысли. Почему-то
подумал о его студентах, вот уж кому
повезло послушать профессора
Хренова — одно удовольствие.

Больше всего
Петра Михайловича волнует засилие
так называемого "дикого
рынка", отсутствие какого-либо
государственного регулирования и в
освоении, и использовании
минеральных ресурсов.

— Ведь что
происходит, — в голосе ученого
слышатся металлические нотки,
видно уж очень "достает" его,
как он выразился, нескончаемая
карусель. — Мы проедаем последние
крохи. Российский госбюджет, по
сути, сидит на минеральном сырье, на
нефтедолларах. Сам президент
признает, что за пределы страны
вывозится до 50 процентов
минерального сырья, сырой,
подчеркиваю — сырой — нефти. За
бесценок!

— Нас все
чаще называют сырьевым придатком
Запада, — рассуждает Петр
Михайлович. — И это действительно
так. Как грибы возникают различные
компании, специализирующиеся на
распродаже наших ресурсов. Вот я и
спрашиваю — когда же мы преодолеем
комплекс неполноценности, научимся
торговать тем, что у нас в избытке,
что сами не умеем использовать для
нашей же пользы.

Это же
ненормально, считает профессор,
когда, скажем, газом Ковыкты все
более настойчиво интересуются
западные инвесторы. А вот
"почему-то" никак не хотят
заинтересоваться наши гиганты
химической промышленности — тот же
"Ангарскнефтеоргсинтез",
подача газа которому сулит сотни
миллионов рублей ежегодной
прибыли, или объединения
"Химпром" в Усолье-Сибирском и
Зиме, которые остро заинтересованы
в том же газе. Эти потенциальные
потребители могли бы обеспечить
долевое участие в создании
Жигаловского газового комплекса.
Но где же они?

Убедительно
говорит мой собеседник. На самом
деле, создается впечатление, что
нет у нас ни правительства, ни Думы,
ни других государственных
структур, которые могли бы хотя бы
приостановить процесс распада
экономики — ну разве это не
кричащая ситуация: о промышленном
освоении наших месторождений
больше думают в Японии и США, нежели
мы сами. А если к этому
присовокупить алчность
отечественных бизнесменов —
"радетелей", буквально
разрывающих в азарте дележа
богатства Восточной Сибири, то
нетрудно сформулировать
неутешительный вывод — хозяева-то
мы никудышние. Пар чаще всего в
гудок уходит — чего, к примеру,
стоят споры и баталии вокруг той же
"музыкальной шкатулки" —
государственного гимна. Ничего не
скажешь, "острейшая" проблема,
создается впечатление, что без ее
решения ну никак не прожить.

Но это так, к
слову. Хотя задуматься есть о чем. И
все же, как выбраться из
заколдованного круга — за рубеж
уплывают лес, газ, нефть, подумать
только — 85 процентов продукции
алюминиевых заводов уходит туда же,
за границу. В свое время решено было
создать еще один алюминиевый
гигант — в Тайшете. Для чего, чтобы
продолжать снабжать запад нашими
"чушками"? Слава богу, говорит
Хренов, что эта идея пока заглохла.
Надолго ли? А вот почему бы
алюминиевым и прочим баронам не
взять, да и поставить вопрос о
создании на той же площадке
электрометаллургического
производства качественных сталей и
трубопрокатного завода. Такой
комплекс был бы особенно полезен в
плане обеспечения трубами грядущих
нефтегазовых промыслов в Восточной
Сибири и Якутии. К тому же, по мнению
П.М. Хренова, в нашей области есть
хорошие базовые предпосылки.
Геологами подготовлены
достаточные запасы редких
металлов, необходимых для выплавки
низколегированной стали
используемой при изготовлении
нефтегазовых трубопроводов,
конструкций, обладающих высокой
хладостойкостью.

Есть еще одна
проблема, о наличии которой не
устает говорить П.М. Хренов. Она
опять же связана с использованием
природных ресурсов. В земных недрах
становится все меньше минерального
сырья. По расчетам специалистов, к
2050 году объемы добычи нефти резко
пойдут вниз. Недра не бездонная
бочка — на исходе континентальные
запасы углеводородов (нефти и газа)
и в Восточной Сибири, и в Якутии. А
ведь нет же — готовы гнать сырье в
Японию, Корею, куда угодно. В то же
время АНХК — на голодном пайке,
Дальний Восток бедствует, а
сахалинская шельфовая нефть уходит
за границу, в Америку. Сами же
американцы похитрее,
подальновиднее нас —
законсервировали свои нефтяные
скважины, впрок оставили, дескать,
зачем свои недра истощать, когда
российские есть. Горько и стыдно об
этом говорить. Конечно, выживать
надо, но не таким же способом.

Прошедший
недавно Байкальский экономический
форум, по мнению П.М. Хренова,
состоялся, но не обошлось без
шероховатостей. "Я был на секции
природных ресурсов, — Петр
Михайлович невесело улыбнулся. —
Выступал там зам. министра — ну,
прямо, ни тяти, ни мамы. Сплошная
путаница, ничего вразумительного —
о какой тут программе можно
толковать?! Создается впечатление,
что для наших столичных вояжеров не
дело главное, а набившая оскомину
риторика — мое личное впечатление.
Страшно далеки они от наших проблем
и чаяний. Вот и говори после этого о
государственном подходе.

На том же
заседании выступил японец — какую
заманчивую картину он нарисовал!
Сибирь, дескать, надо опоясать
трубами по передаче нефти и газа в
страну Восходящего солнца. Кое-кто
слушал его чуть ли не с замиранием
сердца: вот это размах, перспектива,
вот где поторгуем!

"Больной
мозолью" Петра Михайловича
является и экология. Здесь он
признанный авторитет. Непременный
участник различных
природоохранных акций, "круглых
столов", он не упускает случая,
чтобы еще и еще раз воззвать к
общественности: что же мы творим,
люди, рубим сук, на котором сидим!
Диктат ведомств, сначала союзных, а
теперь российских, привел к
беспределу в изъятии из недр
наиболее богатых залежей — по
устаревшим технологиям, без
элементарного соблюдения
природоохранных мероприятий.
Далеко за примерами ходить не надо.
Посмотрите, во что превратились
окрестности Черемхова, Тулуна от
разработки угольных пластов.
Карьеры с их лунным, мертвым
пейзажем от перемещенных вскрышных
пород уничтожили десятки тысяч
гектаров плодородных земель, леса,
превратили город Черемхово в район
экологического бедствия. А какие
блага дали бодайбинцам
золотодобытчики, пополняя
государственную казну золотом? Где
оно, это золото? Уплыло за
"бугор", так же, как тюменская
нефть, газ и многое другое. Кроме
искалеченных долин рек да
бараков-времянок, бодайбинцы, да и
население области ничего не
получили. А карьер "Перевал" в
Слюдянке? А рукотворные каньоны в
Коршунихе? Посмотрите космо- и
аэросъемки мест, где орудуют
горно-обогатительные комбинаты, —
картина открывается неприглядная,
удручающая.

Где же выход?
Прежде всего, полагает П.М. Хренов, в
откровенном и нелицеприятном
разговоре по всем аспектам
природоохранных проблем.
Необходимо откровенно показать,
какой вред здоровью человека,
природе несут промышленные
монстры. Для этого опять же нужен
строгий государственный контроль и
систематические наблюдения за
всеми компонентами окружающей
среды, состоянием ресурсов,
здоровьем человека, динамикой
вредных выбросов и т.д. Только в
этом случае можно получить научно
обоснованные прогнозы воздействия
на окружающую среду будущих новых
производств, рационально
использовать ресурсы области.
Необходимо одновременно всячески
повышать экологическую
грамотность и культуру людей. Без
этого ничего не получится, а
принятые законы по охране
окружающей среды как были не более,
чем декларацией, так и останутся
этаким "бумажным тигром".

По мере своих
сил Петр Михайлович пытается хоть
как-то восполнить этот пробел. Я уже
не говорю о его участии в акциях в
защиту Байкала, в эпопее по
спасению уникального природного
комплекса, так называемых
Ново-Ленинских болот, выступлениях
в самых различных аудиториях. И
сегодня он не сидит сложа руки. С
нетерпением ждут встреч с
профессором Хреновым студенты
технического университета, где он
читает "Экологию природных
ресурсов", "Экологическую
экспертизу и оценку воздействия на
окружающую среду". Для будущих
геологов — студентов
госуниверситета — им разработана
новая дисциплина "Геологическая
экология". Так что застать Петра
Михайловича сидящим в кресле перед
телевизором весьма проблематично…

Впрочем, он
никогда не отличался домоседством.
Это у него в крови. Он и сына своего
Анатолия не стал удерживать, когда
тот после окончания вуза решил
испытать свои силенки в свободном
плавании. Укатил на Камчатку
вулканологом, там обзавелся семьей,
защитил кандидатскую. А ведь вполне
мог остаться в Иркутске — в
Академии наук или в
ВостСибНИИГГиМСе. Ведь отцу с его
авторитетом и связями это ничего не
стоило сделать.

Как истинный
геолог-поисковик, Петр Михайлович
не мыслит своей жизни без ближних и
дальних маршрутов, путешествий.
Трудно назвать район или область
бывшего Союза, где бы он не побывал,
где остались многочисленные
друзья, единомышленники. То же
самое можно сказать о западных
странах. Кстати, он один из первых
иркутских ученых, кто, образно
выражаясь, прорубил окно в Европу. В
1962 году два кита сибирской науки
М.М. Одинцов и Н.А. Флоренсов
предложили съездить в Швейцарию,
принять участие в международной
ассоциации по изучению глубинных
зон земной коры. Для него, молодого
ученого, это была большая честь —
представлять за рубежом сибирскую
науку. А поскольку ассоциация,
членом которой стал Петр Хренов,
собиралась ежегодно — то стали
приглашать и его. Югославия,
Норвегия, Франция — международные
контакты приобрели
основательность, что, разумеется,
не могло не сказаться самым
положительным образом на создании
своей научной школы. Восемь его
учеников стали впоследствии
докторами наук, а двадцать успешно
защитили кандидатские диссертации.
Из докторов наук, воспитанных
Хреновым, один стал лауреатом
Ленинской премии, двое лауреатами
премии Совета Министров СССР, есть
и действительный член Российской
Академии наук.

Небольшой
штрих. Поинтересовался, что больше
всего запомнилось ему в
бесконечных поездках по городам и
весям. "Картинные галереи и
музеи", — был ответ. Для меня это
не стало неожиданностью. Петр
Михайлович — страстный любитель
живописи. Его коллекции альбомов
мастеров голландской школы,
импрессионистов, передвижников
может позавидовать любой
коллекционер. Равно как и в
собирательстве марок трудно
сыскать ему равных. Когда Петр
Михайлович показывал мне
объемистые фолианты, я, может быть,
впервые пожалел о своем невежестве
в коллекционировании.

После того
как беседа закончилась, кофе выпит,
меня словно магнитом, потянуло к
книжным стеллажам. Купер! Именно
романами этого писателя, по словам
Хренова, он зачитывался пацаном, во
многом благодаря ему стал бредить
походами, приключениями. Взял
наугад один из томов. И вдруг…
Точно фотовспышка какая сработала,
выхватив эпиграф с карандашной
пометкой сбоку. Совпадение?

"Есть
наслажденье в бездорожных
чащах,
Отрада есть на горной крутизне,
Мелодия — в прибое волн кипящих
И голоса — в пустынной тишине.
Людей люблю — природа ближе
мне,
И то, чем был, и то к чему иду я,
Я забываю с ней наедине…"

И тут мне
показалось, что я нашел ключ, проник
в самые тайники души Петра
Михайловича Хренова, человека
удивительно цельного и светлого.

От
редакции.
Завтра известному
исследователю геологии Сибири,
заслуженному геологу Российской
Федерации, доктору
геолого-минералогических наук,
профессору Петру Михайловичу
Хренову исполняется 80 лет. От всего
сердца поздравляем Вас, дорогой
Петр Михайлович, большого друга и
постоянного автора нашей газеты со
славным юбилеем, а также с
вручением Вам губернатором знака
отличия "За заслуги перед
Иркутской областью". Желаем
всего самого доброго, дальнейших
творческих успехов. И конечно же,
здоровья!

Журналисты
"Восточки".

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное