издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Секреты земледелия

В Усолье ориентируются на ранний сев

— Двадцать пять лет сею на этой земле, стараюсь в ранние сроки уложиться, но чтобы так рано земля высыхала… — озабоченно говорит руководитель ОАО «Большееланское» Виталий Михайлович Шадрин. – Пыль стоит столбом. На полях так сухо, что хоть на «Волгах» разъезжай.

17 апреля сделали первый выезд в поле сеяльщики «Большееланского». Начали с кормовых. Следующий день был очень холодным. Но уже 19-20 апреля стали сеять хлеба. В кратчайшие сроки на 1100 гектарах уложены семена в почву.

— Ночью столбик термометра опускается до минус трёх-четырёх, а днём тепло возвращается, плюс 15 показывает. Такие перепады – явление нежелательное, но ждать нельзя, — говорит Шадрин.

Хлеборобы «Большееланского» и в советские времена были своеобразными застрельщиками всех посевных кампаний. У кого-то на полях в это время ещё снег лежит, у других земля такая сырая, что ни въехать ни выехать, а у большееланцев в те же дни над массивами гул тракторов стоит. Проходило два – два с половиной месяца, и многие в нашей области удивлялись тому, как рано тот совхоз приступил к жатве. И если в 70-е годы научной и производственной общественностью остро дебатировался вопрос о пользе сверхраннего сева, то по мере выдвижения «Большееланского» в лидеры споры стали затихать. Вообще-то на ранний сев, точнее – на сев по полурастаявшей земле, тогда ориентировался и Баяндаевский район. Там руководствовались иной логикой: лучше пострадать от ранних июньских заморозков, чем от сентябрьских.

Впрочем, усольчане сами не абсолютизируют свои методы и подходы, сознавая, что работа с землёй – дело творческое. Помнится, раза два-три за все годы долгожданные летние дожди проходили так поздно, что если бы хозяйства посеяли попозже, уж точно от засухи бы ушли. Но в большинстве случаев хлеборобы выигрывали от раннего сева. Больше того, следовавшая затем ранняя уборка позволяла в лучшие сроки провести вспашку зяби и тем самым заложить хорошую основу под будущий урожай.

Директор «Большееланского» иногда называет себя консерватором. Повод для того у Виталия Михайловича есть. Например, многие хозяйства давно уже отказались от кукурузы, поскольку семена дорогие, плантации требуют много забот, а тут как уважали «царицу полей», так и уважают. Правда, технологию силосования применяют такую, какая была на юге страны 60-70 лет назад, то есть наземную, в буртах.

Сегодня многие земледельцы за голову хватаются, услышав цены на минеральные удобрения, вот и Шадрин возмущается и… оформляет кредиты на их покупку. Нынче поля хозяйства снова получат и азотные, и сложные удобрения, примерно 900 тонн. В последнее время стали модными разговоры о ресурсосберегающей технологии, что само собой предполагает сокращение затрат. А директор Шадрин, хотя в банках «миллиардами не ворочает», в ответ на все призывы предупреждает: «Как бы нулевая обработка к нулевым результатам не привела. Земля же на ласку отзывчива. Как ты о ней позаботишься, так она и отзовётся».

Но, что особенно важно, ни в первые годы рыночных преобразований, ни потом здесь не торопились брать под козырёк перед реформаторами. Хозяйство не дробили, технику по дворам, то есть по хозяевам, не растаскивали. Машинный двор сохранили, специальная техническая служба при нём работает. Отсюда высокие урожаи и серьёзный вклад в обеспечение горожан продуктами питания. Хотя рыночные нововведения заставили кое в чём переломить себя.

«Счётчик уже запущен, — говорит Шадрин. – Кредит взяли, надо отрабатывать. Топливо – это бич земледельца. Не само топливо, конечно, а цены на него. Сто тысяч рублей тратим ежедневно. Сегодня по две тонны в сутки уходит, завтра будет уже по пять. Но делать нечего, сеять надо. Следует больше зерна получить. Засеваем теперь всё, что можно».

Сегодня финансовые результаты хозяйствования, в отличие от прежних времён, закрытая тема для посторонних. Но и без того ясно, что в Большой Елани основные доходы приносит животноводство. В прошлом году здесь от каждой из 730 коров по 6300 килограммов молока надоили. В Голландии в среднем продуктивность выше, но много ли ферм там найдёшь со столь солидным поголовьем? Причём коровы-то здесь сибирские, доморощенные. Вот и сейчас, в разгар весны, ежесуточный надой составляет 17,3 килограмма. Показатель достойный. Успеху доярок в немалой степени способствовала старательная работа полеводов, которые обеспечивали ферму самыми различными кормами, в том числе и концентрированными. Однако прошлогодние ценовые потрясения на хлебном рынке, да и молочном, заставили задуматься специалистов хозяйства.

— Раньше цена на зерно была низкая — ну много ли получим, если продадим хлеб по два рубля за кило-грамм? — рассуждает Шадрин. — Но в уходящем сельскохозяйственном году ситуация круто изменилась. Хлеб обретает свою цену. Оставили требуемое количество фуража до августа, а остальное в продажу пустили. Отгрузили и отгружаем своим покупателям зерно. Неплохо подзаработали.

Да, изменение цен на сельхоз-продукцию побудило к активным действиям. Хозяйство заключило договор на внедрение ценной белковой культуры – галеги. Закуплен в ОАО «Иркутские семена» посевной материал гороха, люцерны. Приобретены семена второй репродукции ячменя сорта Ача, пшеничной элиты Ирени. Ставка на высококачественный посевной материал, на более продуктивные культуры, безусловно, повысит продуктивность хлебного и кормового поля. Стихийное подорожание товарной сельхозпродукции побудило больше засевать, озаботиться сортообновлением и улучшением кормопроизводства.

Фото Николая БРИЛЯ

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер