издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Покорись, Енисей!

  • Подготовил: Игорь ФЁДОРОВ, Дивногорск

Одним из самых значительных событий в истории строительства Красноярской ГЭС стало перекрытие Енисея 25 марта 1963 года. В этот день Дивногорск оказался в эпицентре внимания всей мировой общественности. Перекрытие освещали не только ведущие СМИ Советского Союза, но и десятки зарубежных журналистов, фотокорреспондентов и кинооператоров. На время был снят даже запрет на въезд в Красноярск представителей СМИ капиталистических стран. Современники сравнивали перекрытие Енисея с полётом в космос Юрия Гагарина. Сегодня наш рассказ посвящён «золотому» юбилею легендарного штурма Енисея.

В дни подготовки к перекрытию по инициативе Андрея Ефимовича Бочкина родилась и полностью оправдала себя такая форма управления ходом работ на ключевых участках строительства, как организация штабов. 25 января вышел знаменитый приказ 

№ 22 начальника строительства Красноярской ГЭС «О перекрытии Енисея». В соответствии с указанием министерства этим приказом была определена дата перекрытия реки в створе строительства Красноярской ГЭС – 25 марта (понедельник) 1963 года. Кроме того, в приказе говорилось об организации штаба перекрытия, а также были определены сроки завершения всех основных работ. 

Именно штаб перекрытия, в который входили руководители стройки, проектной организации, дирекции строящейся ГЭС, соответствующих подразделений строительства и субподрядных организаций, а также городской партийной организации, на решающем этапе подготовки замкнул на себе координацию и решение многочисленных организационных, технических и финансовых проблем. Его решения выполнялись безусловно, хотя при их принятии не обходилось без жарких споров. Руководил штабом начальник строительства, и были моменты, когда ему приходилось принимать решения вопреки мнению дирекции ГЭС или проектировщиков, но это было скорее исключением, чем правилом: почти всегда находились взаимоприемлемые варианты. Большую роль в успешной работе штаба играли энергичные помощники Андрея Ефимовича начальник ПРО КрасноярскГЭСстроя Александр Львович Мукоед и главный технолог Александр Павлович Степанов, оперативно развязывавшие сложнейшие производственные узлы громадной стройки. 

Без сомнения, одной из основных составляющих успеха организации и проведения штабов, ставших эффективной формой управления работами на решающих этапах строительства Красноярской ГЭС, были непререкаемый авторитет начальника Андрея Бочкина и его справедливая, принципиальная позиция в любой, даже самой сложной ситуации. Не было ни своих, ни чужих, все были равны перед интересами дела, и все чувствовали себя гребцами в одной лодке, руководимой одним кормчим. Это нивелировало амбиции участников, имевших различную ведомственную подчинённость: строителей, многочисленных субподрядчиков, дирекции ГЭС, проектировщиков. 

Соединить два берега реки планировали за двое суток, но все работы были завершены за шесть часов

Известность стройки и неординарность условий перекрытия привлекли в Дивногорск невиданное число представителей прессы, радио и телевидения. Для их размещения пришлось даже пригнать из Красноярска специальный состав из пассажирских вагонов, чтобы более или менее сносно это сделать. С марта в Дивногорске работала выездная редакция газеты «Правда» и издавались специальные выпуски этой главной газеты страны. О делах стройки постоянно информировала красноярцев и газета «Красноярский рабочий». В Дивногорск приехали такие известные в стране поэты и писатели, как Борис Полевой, Константин Симонов, Александр Безыменский, Роберт Рождественский, Ирина Левченко, Вера Кетлинская и целый ряд других. Конечно, такое внимание поднимало настроение в коллективе, хотя иногда и мешало нормальной, напряжённой работе. 

Необходимый минимум бетонных работ к перекрытию был выполнен точно в срок. Утром 23 марта была взорвана низовая перемычка и енисейская вода, смывая всё на своём пути, хлынула в котлован. 

Главный инженер управления основных сооружений Евгений Андреевич Долгинин вспоминал: «Я был в составе рабочей комиссии по приёмке готовых сооружений под затопление, мы облазили все самые укромные уголки и тщательно осмотрели всё то, что должно уйти под воду. Цель – не оставить ничего, что могло бы в будущем мешать строительству или нормальной эксплуатации станции. Я до сих пор помню щемящее чувство, овладевшее мной в эти минуты, как будто я навсегда прощался с близким другом, с которым провёл многие годы. Ещё вчера в котловане кипели работы, сновали люди и техника, рождались идеи и бушевали страсти, сегодня же он распростёрся пустой и осиротелый, и ты знаешь, что вот эти твои шаги по нему – последние, а завтра всё это станет навеки дном Енисея. Странное чувство, и хоть оно не новое для меня (впервые я испытал его на Иркутской ГЭС), но от этого не становится менее острым. Я знаю, что и другие переживали в этот момент то же». 

На следующий день, 24 марта, взорвали верховую перемычку и воды Енисея разделились на два русла: одно – через забетонированное сооружение, через «гребёнку» плотины, другое – через оставшийся узкий проран у правого берега, который и предстояло перекрыть назавтра. Все эти дни по берегам и во всех местах, где только можно, было множество людей – не только строителей, но и приехавших из разных уголков края и даже из соседних областей, и их интерес можно понять, ведь не каждый день люди изменяют русло великой реки. 

Перекрытие Енисея привлекло в Дивногорск невероятное количество приезжих, среди которых были фотографы, журналисты
и известные писатели

Само перекрытие Енисея состоялось при большом скоплении народа 25 марта 1963 года. 

В 9 часов 50 минут поступила команда Андрея Ефимовича Бочкина о начале перекрытия ровно в 10 часов. Начало перекрытию положил шофёр самосвала МАЗ-525 Леонид Назимко, сбросивший в реку гранитную глыбу с символической надписью «Покорись, Енисей!». Вслед за ним бетонные тетраэдры в проран Енисея, ширина которого составляла 33 метра, сбросили легендарные «четвертаки» Юрия Кокова и Геннадия Данилова. Всего в штурме участвовало 200 самосвалов. 

По проекту на перекрытие Енисея предполагалось затратить двое суток, но все работы были завершены за 6 часов 36 минут. Уже в 17 часов 30 минут проран был закрыт. Первыми по вновь отсыпанной, ещё «свежей» перемычке прошли навстречу друг другу начальники управления основных сооружений: Георгий Тихонович Горлов – левого берега и Александр Фёдорович Сычёв – правого. Их крепкое рукопожатие символично соединило правый и левый берега Енисея. Всего в банкет перемычки было уложено 8600 кубометров бетонных тетраэдров и кубов, негабаритных камней, скальной породы и песчано-гравийной массы. 

Все работы по перекрытию Енисея на Красноярской ГЭС являли собой образец организованности и чёткости. Несомненно, помимо чисто технического это событие имело также огромное психологическое значение для коллектива гидростроителей. Это был для него своего рода промежуточный экзамен на зрелость. Сам же завершающий этап перекрытия – фактически торжество высокой квалификации, самоотверженности и смелости водителей самосвалов, крановщиков, экскаваторщиков, бульдозеристов. 

Впоследствии пример перекрытия Енисея в створе Красноярской ГЭС стал классическим. «Перекрытие р. Енисей пионерным способом в зимних условиях является новым шагом вперёд в развитии теории и практики перекрытия крупных рек, а приобретённый в этом вопросе в КрасноярскГЭСстрое опыт находит широкое применение на стройках страны и за рубежом» – такое мнение позже выскажет Государственная комиссия по приёмке ГЭС в эксплуатацию. 

В тот же день на стройку позвонил первый секретарь ЦК КПСС Никита Сергеевич Хрущёв, он поздравил строителей с большой победой и пожелал коллективу новых трудовых успехов. Следом за этим последовало официальное поздравление от ЦК КПСС и Совета Министров СССР. С этого дня началась беспрецедентная гонка между человеком и водной стихией. Метр за метром поднималась плотина, по пятам за ней поднималась вода. Иногда их разделяли сантиметры, когда речные волны плескались у самого гребня плотины. Но самоотверженный труд тысяч дивногорцев победил. 

Фото из архива автора 

От первого лица

Владимир Иванович СЕМЁНОВ,  ветеран Великой Отечественной войны,
Почётный гражданин Дивногорска, начальник автоколонны МАЗ-205 во время перекрытия Енисея: 

– Прежде всего отмечу чётко организованную работу на всех уровнях. Ответственность каждого была очень высокой, почти как на фронте. Уже 25 января 1963 года был создан штаб по перекрытию Енисея. Приказ Бочкина № 22 о перекрытии внимательно изучался всеми работниками автоколонны МАЗ-205. Весь март приезжал на работу в пять утра и был там до девяти-десяти часов вечера. Можно сказать, трудился без выходных. Приезжал на работу и в субботу, и в воскресенье. Мы все были заняты подготовкой машин к перекрытию Енисея. Личный состав автобазы работал в выходные дни, ремонтный состав – в две смены, одним словом, к перекрытию автопарк был готов. 

Накануне решающего понедельника 25 марта, в субботу и воскресенье, тщательно была проверена каждая машина, устранены все неисправности. Спать приходилось не больше 4-5 часов в сутки. 

Но в день штурма настроение было боевым. Страха не было, было огромное желание не подвести своих товарищей и выполнить поставленную руководством строительства задачу. Уже к восьми утра самосвалы и все водители были в полной боеготовности. На базу приехал фотокорреспондент, сделал снимки на память. Ребята пошутили, что, дескать, вошли в историю. Напряжение снимали подбадриванием друг друга. Водительский коллектив был настолько сплочён, что любую задачу, которую ставило руководство АТУ, а также руководство строительства, всегда выполнял честно и добросовестно. 

В 10 часов утра поступила команда Бочкина о начале перекрытия. Первые глыбы в проран Енисея, сбросили легендарные «четвертаки». Вслед за ними пошли остальные, в том числе и наши самосвалы МАЗ-205. Несмотря на морозец и пронизывающий ветер, при подъезде к прорану у водителей вся спина была в поту. И это при том, что кабины держали открытыми. В кузове «за плечами» 6-тонные глыбы, которые в случае малейшей неточности могли опрокинуть за собой в проран и машину. В 12 часов объявили обеденный перерыв. Кушали все вместе на автобазе. После короткого перекура опять на штурм, но после обеда было уже полегче. Проран почти закрылся, расширяли накат. К пяти вечера берега соединила насыпь, штурм был завершён. В атмосфере всеобщего ликования усталость почти не чувствовалась. Радость победы переполняла абсолютно всех. И только поздно вечером, дома, пришло осознание значимости проделанной работы и чувство усталости, накопленной за непрерывный месячный напряжённый труд.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное