издательская группа
Восточно-Сибирская правда

"Он спасет тебя, защитит от ада"

— До того момента, когда ад пришел в мою жизнь, казалось,
ничто не предвещало беды. Все складывалось
благополучно: успешно закончив медицинское училище,
я имела любимую работу в одной из ведущих больниц родного
города. Меня ценили в коллективе, и вообще люди относились
ко мне с уважением и доверием, видя во мне ответственного
и отзывчивого человека. Я и прежде, в школе, была на
хорошем счету. Теплыми и доверительными были и мои отношения
с родителями, наверное, они были уверены, что ничего
скверного со мной произойти не может. Им и невдомек
было, какое горькое разочарование их ждет. У меня уже
обещала сложиться личная жизнь. Я дружила с хорошим
парнем, вот-вот должна была состояться помолвка…

— И не состоялась?

— Нет. Мой друг начал подозревать неладное. Я не стала
отпираться. К тому времени я уже «присела» на иглу.
Первый раз попробовала по совету приятелей из любопытства,
думала: ну, уколюсь разок-другой, ничего страшного не
случится. И сама не заметила, как капкан захлопнулся.
Мой парень и друзья пытались вразумлять меня, увещевать,
но все было напрасно: у меня непробиваемая «бронь» была,
я ничего не воспринимала. Кайф прочно привязал меня
к себе. Он был реальным пределом мечтаний, перед которым
меркло все. Я больше и больше погружалась в зависимость
и обольщала сама себя: «Когда захочу — брошу, снова
буду жить нормально».

Но время шло, доза увеличивалась, деньги таяли…

— На работе появились проблемы?

— Конечно. Люди почувствовали неладное, стали на меня
косо смотреть. Я решила не дожидаться скандала и ушла
по собственному желанию, сохранив «чистую» трудовую
книжку. Ну тут уже начались кошмарные дни. Я кололась
как сумасшедшая. Денег не было. Работать я не могла.
Стала таскать из дома. Что было у родителей ценного:
деньги, золото, какие-то вещи — все ушло на мою пагубную
страсть. Я совершенно себе не принадлежала, знала одну
только цель изо дня в день: любыми путями, любой ценой
найти на дозу.

— Могла ли ты убить?

— Такое мне в голову не приходило. Но я воровала. И
в один прекрасный день попалась. Меня осудили условно
за квартирную кражу. Но я успела хлебнуть всю горечь
тюремной баланды. Полгода просидела в СИЗО, где в одной
камере на 40 мест теснятся до 90 женщин. Это настоящий
ад. Оттуда я писала маме письма, полные горячих обещаний.
«Мамочка! Я все осознала, — так я искренне клялась.
— Я никогда ни за что не вернусь больше к этой заразе!»
И, выйдя на свободу, я действительно попыталась как-то
выпрямить ситуацию, устроилась на работу. Но отказаться
от уколов я не смогла. Постоянно находилась в глубокой
депрессии. Страх, боль, сознание беспомощности убивали
меня вместе с накопившимся в крови ядом. Несколько
раз я попадала в наркологичку перекумаривать. Потом
старалась убежать от наркотика с помощью водки. Иногда
совмещала опиум и алкоголь. На работе приходилось брать
недельные отпуски без содержания.

— Предвижу: ты снова потеряла работу…

— Конечно. Я стала наниматься к цыганам: заниматься
мелким сбытом, «ишачить» у них по хозяйству, чтобы заслужить
дозу. Совмещать это с легальным трудом я уже не могла.
Я бросила работу, поселилась у своих хозяев-цыган,
от которых около полугода терпела всяческие унижения.

— А что же твои родители?

— Отношения с ними были разрушены
и отравлены. Мама, правда, могла пустить меня в дом
и покормить, а потом сразу отправляла меня на все четыре
стороны. Но, оказывается, мама не переставала, как умела,
молиться за меня. Она вспоминала свой давний сон, который
видела, когда я была еще маленькой. Мама видела меня
в монашеской одежде, как бы летящую на облаке. И она
повторяла каждый день: «Боже! Привлеки ее к себе, спаси
ее!»

— И Господь услышал?

— Услышал. Мне случайно повстречался парень, который
пришел в христианскую церковь и получил свободу от наркотиков.
Этот разговор не выходил у меня из головы. Я уже поняла,
что погибаю. И очень хотелось выкарабкаться. Дурман
уже не приносил никакого удовлетворения, колоться приходилось
только ради того, чтоб хоть чуть-чуть ощущать себя жизнеспособной.
В душе были кромешный мрак и
пустота. Я решила поехать в Иркутск, к тем христианам,
о которых услышала. Убедила маму дать мне денег и отправилась
в областной центр.

— И ты добралась с деньгами без приключений?

— Разумеется, нет. Деньги я не довезла, проколола.
К тому же, ставя укол в ногу, я занесла заразу, у меня
получился абсцесс. Вот в таком состоянии, без копейки
за душой я пришла в церковь. И меня приняли, протянули мне
крепкую руку помощи, отвезли в травмпункт и заплатили
даже за операцию. Врач сказал, что, если бы я еще хоть
немного помедлила, могло быть заражение крови и мне
отняли бы ногу. Христиане буквально спасли меня от увечья.
И вот я уже семь месяцев с моими братьями и сестрами
во Христе.

— И как ты себя чувствуешь?

— Совершенно обновленной. Все изменилось для меня.
Исцелилось мое тело, истерзанное наркотой. Я даже не
кумарила, когда пришла в свою новую семью и покаялась.
Исцелилось мое сердце. Наладились отношения с родителями.
Все, кто меня знал прежде,
поражаются, что я совсем другая.
Я сияю улыбкой, свечусь радостью. И мне хочется
всем помочь, чтобы увидели: есть свобода от Господа,
есть эта милость и мир. Когда вижу «дорожницу»-наркоманку
на обочине, хочется взять ее за руку, увести с кривого
пути, на котором только погибель, показать ей свет,
который дает Иисус. Да и не только наркоманам хочется благовествовать.
Господь нужен всем. В Нем — все благословения.

Если ты в тупике проблем, из которого, кажется, нет
выхода, задумайся над словами Оксаны, над ее откровенной
исповедью (имя девушки изменено по этическим соображениям).
На страницах Библии Бог обещает уповающему на Него:
«Воззовет ко мне, и услышу его, с ним я в скорби; избавлю
его и прославлю его, и явлю ему спасение Мое».

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер