издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Не вижу, не слышу, не знаю

Государство с большим трудом доносит свою точку зрения до граждан

  • Автор: Владимир ДЁМИН, «Восточно-Сибирская правда»

Выступая в минувшую субботу перед большой группой священнослужителей и мирян, обобщённо названных на официальном сайте главы государства «православной общественностью», президент Российской Федерации Дмитрий Медведев признался, что не всегда понимает российские средства массовой информации. По его мнению, «…зачастую архиважные новости, касающиеся нашей жизни, исчезают, а вещи, которые носят предельно субъективный, а порой и бессмысленный характер, становятся главными и занимают самые верхние строчки в лентах новостей, становятся «хедлайном» в различных СМИ».

…А кесарю – кесарево

Если бы президент остановился на этой фразе, она прошла бы мимо внимания не только участников встречи, которые услышали от президента много других важных и многозначительных фраз, но и журналистов, которым, в общем, не привыкать к упрёкам. Это уж, видно, доля такая: что ни пиши, сколько выпусков газеты или новостной ленты в неделю ни делай, всё равно останется группа, прослойка или категория граждан, недовольная подставленным к её лицу зеркалом. Ладно ещё пройдут мимо. Многие же принимаются плеваться при виде полученного изображения, не понимая, что в отношении СМИ абсолютно правы только те, кто говорит: «Если тебе не нравятся новости – выйди на улицу и сделай новости сам». 

Президент же, с которого всё началось, зашёл в своих рассуждениях очень далеко и заявил: «Подчас в ленты (новостей) попадают абсолютно бессмысленные вещи и становятся очень серьёзно обсуждаемыми, вокруг них копья ломаются на протяжении нескольких суток. Достаточно посмотреть на то, например, что становится информационным трендом в блогах: есть вещи абсолютно актуальные, и есть вещи, высосанные из пальца». При всём уважении к должности, которую занимает Дмитрий Медведев, хотелось бы всё-таки напомнить, что блоги – частное дело граждан, лишь редкие единицы из них имеют статус средства массовой информации. Указывать гражданам, о чём им говорить в частном порядке, – не просто покушение на основополагающие ценности демократии, но и бессмысленная трата времени. По большому счёту, и СМИ в нашей стране вот уже 20 лет как свободны от государственной цензуры – не по своему, кстати, желанию, но от завоеванного вряд ли откажутся. Президент же может определять тематику своего блога, руководить работой официального сайта главы государства, но вот приказывать – даже руководству государственных СМИ – не всегда можно. 

Глас народа – глас Божий

Несомненна, однако, правота президента в том, что временами граждане обсуждают вовсе не то, что хотелось бы главе государства, исходящему из государственных же соображений. О чём это может говорить? О многом. Например, о низкой эффективности государственной идеологической машины. Несмотря на значительно усовершенствовавшиеся технические средства – у сотовых телефонов, с которыми большинство взрослого населения практически не расстаётся, функция связи давно стала вспомогательной, – государство с большим трудом доносит свою точку зрения до граждан. Многие думают, что президент, премьер-министр, губернаторы и депутаты разных уровней занимают 80% времени новостных программ по соображениям престижа или ради политической агитации. Но эти же люди «твёрдо знают», что политика в стране делается совершенно другими методами и заниматься агитацией на ТВ – то же самое, что рубить дрова лопатой, то есть крайне неэффективно. Увы, наши государственные руководители вынуждены забивать собой все доступные минуты в прайм-тайм и издавать соб-ственные газеты по одной-единственной причине: большинство граждан, будь у них такая возможность, провели бы жизнь, ничего не зная о делах государства. 

Информационные предпочтения населения вообще штука интересная и тонкая. Если сегодня почитать газеты столетней и более давности, то обнаружится, что читателей не интересовали тонкости душевных исканий Льва Николаевича Толстого, но очень интересовало, отчего очередное произведение писателя вышло сразу тремя тиражами в трёх разных обложках (и, соответственно, по разной цене). Перипетиям итало-турецкой войны в Ливии 1911 года уделялось меньше внимания, чем похождениям удачливого брачного афериста, а гибель Петра Столыпина во многих СМИ подавалась как закономерный итог деятельности непопулярного политика с репутацией вешателя и экстремиста. В наше время, как известно, деятельность Столыпина оценивается несколько иначе, поскольку известно, чем завершились первые два десятилетия истории ХХ века, но и современникам нельзя отказать в праве оценивать этого политического деятеля со своей колокольни – им было известно многое, о чём сейчас забыли. 

Конечно, среди СМИ есть такие, кто считает своё существование исполненным высокого гражданского служения, а работу журналиста – больше призванием, чем способом заработать на жизнь. Более трезвым следует признать подход, согласно которому новость является товаром, а решение издания освещать ту или иную тему – более или менее удачной реакцией на запрос читателя или зрителя. Навязывать читателю свою точку зрения могут себе позволить очень немногие, причём речь в данном случае идёт не о заслуженном издании с многолетней историей, а об издании модном или способном эту модность удачно имитировать. Эволюции таких почтенных журналов, как «Огонёк» или «Вокруг света», – лучший тому пример: пережив некоторое время в крайне стеснённых условиях, издатели подстроились под вкусы публики. Менее известные СМИ вынуждены в таких случаях или привлекать популярных авторов (из-за чего читатели уже начинают испытывать раздражение при виде одних только имён Дмитрия Быкова и Захара Прилепина – «переели-с»), или менять формат («Русский репортёр», например, всё больше превращается в интернет-издание). 

Амплуа «играющий тренер»

Проблема современного российского государства заключается ещё и в том, что оно ведёт себя довольно непоследовательно. Яркий пример – история взлёта и падения бывшего московского мэра Юрия Лужкова, который сначала стал «крепким хозяйственником», потом – членом руководящих органов правящей партии, а год назад внезапно утратил доверие главы государства, ушёл в отставку, практически эмигрировал и вот уже получил повестку на допрос. Пока в качестве свидетеля, но он в такой ситуации оказался далеко не первый, и всем понятно, что если он хочет жить на свободе и пользоваться средствами, накопленными женой в качестве самой богатой женщины России, то лучше бы ему на тот допрос не ходить. Наблюдать за внезапно прозревшими следователями и госчиновниками, обвиняющими Лужкова в неэффективном управлении столичным хозяйством, кумовстве и коррупции, смешно. Причём даже, наверное, смешнее, чем за самим Лужковым, который в ответ обвиняет бывших единомышленников и бывшее непосредственное начальство в симметричных административных грехах. Иркутские чиновники и депутаты – за понятными исключениями – не комментируют дело, заведённое против бывшего губернатора Александра Тишанина, и в этом молчании не только ожидание решения суда о виновности или невиновности, но и известная мудрость. Все эти истории просто подрывают и без того не бог весть какую репутацию государства российского – вот и весь сказ. 

Государство в каком-то смысле тоже продавец новостей, причём с довольно узким ассортиментом «товара». Чиновникам – от самого малого муниципалитета до федерального уровня – стоит время от времени оценивать свою деятельность именно с этой точки зрения, тогда многие недоразумения в общении с народом станут понятнее. Поездка президента на комбайне с этого ракурса – новость неудачная. Крестьянам, насмотревшимся на такие комбайны за годы трудовой деятельности, понятно, что всё это игра без существенных последствий; горожанам, комбайнов не видевшим вовсе, происходящее ни о чём не говорит. Очередной развод Пугачёвой или ток-шоу со скандалами, интригами и расследованиями и то ближе, потому что вся наша повседневная жизнь постепенно превращается в сплошной скандал и интригу. Журналистам в этой ситуации в каком-то смысле легче. Журналист – «полевой игрок», способный слышать всю команду и давать комментарии по ходу игры. И если журналист говорит не то, что хочет слышать чиновник, то последнему стоит послушать хотя бы из чувства самосохранения. 

Ассоциативные ряды в виде параллельных линий

Нет, никто, разумеется, не потребует, чтобы государство отказалось от своей деятельности – если ему надо, пусть всё будет как есть. Но не надо при этом требовать взаимопонимания. Сыграем в простую игру на ассоциации. Для современного российского государства 7 ноября – рабочий день, день октябрьского переворота, трагическая страница в истории страны, которую надо забыть. Для той части народа, которая не ленится высказывать своё мнение (в том числе и в раскритикованных президентом блогах), – день Октябрьской социалистической революции (нам это очень долго внушали), день великого парада 1941 года и красный день календаря, к которому в прошлом при-урочивали ввод заводов и сдачу жилых домов. Как ни крути, а второй набор символов гораздо более позитивный, даже если вспомнить, что на демонстрации ходили не всегда по своей воле – зато хоть отгул давали. Теперь 4 ноября: для государства это День народного единства и… И всё. Кого с кем, в чём оно выражается, в каких единицах измеряется? Неизвестно. Для граждан – непонятный выходной (и на том спасибо, хотя кому он нужен в ноябре), день «русского марша» (на пути которого лучше не вставать), полуюмористический «день изгнания засевших в Кремле», с этого года мелькающие в хронике скандальные истории с принудительным выводом студентов и сотрудников организаций на демонстрации и митинги. Даже те, кто больше выиграл от падения СССР, чем проиграл, должны признать, что ассоциации именно такие. Даже те, кто радуется возрождению религиозной жизни в стране, должен признать, что в СССР единства было больше: все праздновали один государственный праздник, а не два религиозных – православный 4-го и мусульманский 5 ноября. 

Схожие цепочки можно построить по поводу любого события, ставшего обсуждаемой новостью. Для государ-ства мигранты – палочка-выручалочка и почти идеальное население страны (мало ест, ничего не требует, не голосует и боится полиции), для граждан – конкуренты на рынке труда, дополнительная нагрузка на транспорт и социальную систему. Для государства экономическая статистика – свидетельство успешной работы аппарата; для граждан, способных сопоставить данные 1970–1980-х и 2000–2010 годов, – напоминание о том, какую экономику мы потеряли. Для государства псевдоисторические фильмы типа «1612» – достойное премий патриотическое кино, для граждан – унылая поделка, недостойная повторного просмотра. 

Одним словом, разногласия государства и граждан по поводу новостей – не самое важное, что есть в нашей жизни. Главное – чтобы президент не увлекался этой темой, а то ведь можно вместе обсудить такие животрепещущие темы, как работа правоохранительных органов или расследование резонансных уголовных дел. А там такое… 

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер