издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Вершины Черского

  • Автор: Анатолий ДЕМИН, кандидат геолого-минералогических наук, ассоциация "Гео" Иркутского госуниверситета.

Время от времени иркутян озадачивают идеями, суть которых заключается в том, что для торжества исторической справедливости неплохо бы увековечить в мраморе или граните имена некоторых общественных деятелей прошлого. Не знаем, насколько предложенные к увековечению кандидатуры заслужили почестей, но уверены, что в этот список должны входить фамилии тех людей, которые своим служением России, в частности Сибири и Иркутской области, являют образец чести и самопожертвования. На наш взгляд, рассуждая с этой точки зрения, на памятник несомненно претендует знаменитый исследователь Сибири, труды которого до сих пор не утратили своего значения, Иван Дементьевич Черский.

Иван Дементьевич Черский (1845—1892) — ссыльный поляк.
Исследователь Сибири. Заслуги его велики: он составил
геологическую карту побережья Байкала, за что был удостоен
Русским Географическим обществом Большой золотой медали,
разработал тектоническую
схему Внутренней Азии, выдвинул идею эволюционного развития
рельефа, определил самый высокий уровень вод Байкала,
обнаружил в окрестностях Иркутска археологический памятник эпохи
палеолита.

Удивительна и необычна жизнь Ивана Дементьевича (Яна
Доминиковича) Черского, вдохновенного исследователя
геологии Сибири. Протокол общего собрания Российской
Академии наук от 7 ноября 1892 года гласит:
«Жизнь Черского полна
такого истинного драматизма, что невольно вызывает чувство
глубокого уважения к его личности. С одной стороны,
мы встречаемся здесь с чрезвычайно симпатичным, благородным
и скромным человеком, одаренным от природы выдающимися
способностями, с другой же стороны, вся его жизнь состояла
из ожесточенной борьбы идеального служения с материальными
невзгодами».

Величие талантливого геолога-самоучки проявилось
в его предсмертном завещании: «В случае моей смерти,
где бы она меня ни застала, экспедиция под управлением
моей жены Мавры Павловны Черской должны все-таки ныне
летом непременно доплыть до Нижне-Колымска, занимаясь
главным образом зоологическими и ботаническими сборами
и разрешением тех геологических вопросов, которые доступны
моей жене. Иначе, то есть если экспедиция 1892 года
не состоится в случае моей смерти, Академия должна потерпеть
крупные денежные убытки и ущерб в научных результатах,
а на меня, вернее на мое имя, до сих пор еще ничем не
запятнанное, ложится вся тягость неудачи. Только после
возвращения экспедиции в Средне-Колымск она должна считаться
оконченной, только тогда должна последовать сдача остатков
экспедиционной суммы денег и экспедиционного имущества».

В завещании он не обмолвился ни словом о дальнейшей
судьбе необеспеченной семьи, его не пугала тяжелая болезнь
и возможность умереть в лодке на безлюдной, дикой, далекой
Колыме. Его волнует и угнетает мысль, что он не может
завершить программу исследований, доверенных ему Академией.
Сколько во всем этом стойкости, выдержки, железной воли
и преданности делу.

Эту последнюю Северо-Восточную экспедицию (по рекам
Яна, Индигирка, Колыма) завершала его жена с двенадцатилетним
сыном Александром. И.Д. Черский скончался 25 июня и
похоронен на левом берегу реки Колымы против устья реки
Омолон в 130 километрах выше Нижне-Колымска. Семья осиротела.

Необычен уход из жизни Ивана Дементьевича, но жизнь
его была не менее драматичной.

И.Д. Черский родился 3 мая 1845 года в родовом имении
Сволна Дриссенского уезда Витебской губернии. Учился
в Виленской гимназии, а затем в Дворянском институте.
В 1863 году за участие в польском восстании его сослали
в Омск рядовым первого западно-сибирского линейного
батальона. Суровая жизнь и жестокие нравы быстро подорвали
здоровье юноши: он заболел тяжелой формой нервного расстройства.
Через шесть лет он был освобожден от военной службы
после длительных исследований в больнице. Вынести этот
суровый быт, разрыв с родными, отрыв от учебы помогли
ему А.Л. Чекановский и Г.Н. Потанин. Первый пробудил
в нем интерес к естественным наукам, а второй указал
лучшие руководства по геологии. В этот период И.Д. Черский
занимался по глубоко продуманному плану: естественная
история, астрономия, минералогия, палеонтология и геологические
походы в окрестностях Омска под руководством Г.Н. Потанина.
Кроме этого, он изучил ряд авторитетных печатных источников:
«Происхождение видов» Ч. Дарвина, «Центральная Азия»
А. Гумбольдта и другие. С большим интересом занимался
геологическими исследованиями в районе Омска, где открыл
пресноводную фауну в третичных и четвертичных отложениях,
описание которой стало его первой научной работой.

Средства к существованию Ивану Дементьевичу давали частные
уроки французского языка, танцев, игры на фортепиано,
также он работал в Омской контрольной палате. В это время
Черский пережил две неприятности — отказ на поступление
учиться в Казанском университете и возврат его первой
статьи столичным обществом испытателей природы из-за
подписи «политический ссыльный». Спустя некоторое время
эта статья была опубликована в Иркутске. В этой работе
на основе фаунистических данных показано, что Северный
Ледовитый океан не покрывал своими водами Западную Сибирь
(в противовес версии А. Гумбольдта). Выдающийся ученый
А.Ф. Миддендорф, ознакомившись с этой работой, писал
И.Д. Черскому: «Как свидетельства признания и моей особой
признательности, прошу принять посылку новых книг на
разных языках, которую высылаю одновременно на ваш адрес.
И не сомневаюсь, что в будущем еще большая слава озарит
ваше имя».

В 1871 году И.Д. Черскому было разрешено переселиться
в Иркутск. Продав все, что составляло какую-то ценность,
он купил тулуп, валенки и пешком отправился в Иркутск.
При сорокаградусных морозах он преодолел несколько тысяч
верст. При этом, как самую редкую драгоценность, он бережно
нес с собой коллекцию раковин, собранных им в окрестностях
Омска.

В Иркутске были радостные встречи с ссыльными поляками,
уже известными своими исследованиями в Сибири: Чекановским,
Дыбовским, Годлевским, Гартунгом, Витковским и другими.
Здесь Иван Дементьевич занялся обработкой коллекции
камней из Прибайкалья, работал с Восточно-Сибирским
Русским географическим обществом. Кроме того,
он вел раскопки по берегам Иркута, Ангары, Ушаковки.
Одно из важнейших его раскопок — стоянка первобытных
людей в Знаменском предместье, где
были обнаружены кости, каменные ножи, костяные фигурки
животных, браслеты из бивня мамонта. Это был первый
археологический памятник эпохи палеолита, открытый
на территории России. Много времени он уделил ископаемой
фауне, обнаруженной им в Нижнеудинской пещере, изучению
геологии Восточного Саяна и, в особенности, геологии берегов
Байкала. Результаты работ были опубликованы и оказались
настолько важными и ценными, что позволили И.Д. Черскому
быстро завоевать прочную известность в ученом мире и
получить за это почетные научные медали.

В Иркутске Иван Дементьевич женился и нашел в своей
супруге Мавре Павловне не только неизменную спутницу, разделившую
его горькую участь, но и верную, преданную
помощницу во всех его научных путешествиях: в лодке
вдоль берегов Байкала, по Нижней Тунгуске и в
других сложнейших маршрутах.

Он работал не покладая рук. Жил в скромных материальных
условиях. Это постепенно подтачивало его уже надломленные
силы. Удивительно и поразительно, этот труженик не
избежал зависти и интриг, принудивших его прекратить
работу во ВСОРГО (1881 год). В этот период ВСОРГО руководил
Н. Агапитов. Черский был вынужден заняться временно
хлебопашеством, а затем служил приказчиком в лавке,
чтобы поддерживать свою семью.

В 1885 году Академия наук поручила Ивану Дементьевичу
геологические исследования вдоль Сибирского тракта от
озера Байкал до Урала. После окончания этих работ Черский
по приглашению геологического музея Академии наук прибыл
в Петербург с женой и сыном. В Петербурге Иван Дементьевич
впервые получил возможность заняться подлинной научной
работой; здесь он пользовался коллекциями Академии наук,
геологического комитета, Горного института, Петербургского
и Московского университетов и других научных учреждений.
Иван Дементьевич весь отдался научному труду. С 1885
по 1891 годы в Петербурге он обработал собранный в Сибири
геологический материал. За это время опубликовал первую
геологическую карту побережья Байкала,
наблюдения и обобщения за процессами образования впадин,
долин и склонов Прибайкалья и Восточного Саяна. Последнее
позволило ему впервые в мировой науке выдвинуть идею
эволюционного развития рельефа, опередив на одиннадцать
лет американского геоморфолога У.М. Дэвиса (последнему
несправедливо отдана пальма первенства).

Учитывая колебания уровня зеркала вод Байкала, он обнаружил
несколько прежних разновозрастных истоков рек, вытекающих
из Байкала. Первый определил самый высокий уровень воды
Байкала по террасам, высота которых над современным
зеркалом его вод достигала 283 метра, и в скалистых
берегах сделал четырнадцать засечек. С помощью этих
засечек велись и ведутся в настоящее время наблюдения
за уровнем зеркала вод Байкала. Данные засечки, несомненно,
являются рукотворными «памятниками» И.Д. Черскому.

По геологическим материалам, полученным им при исследованиях
в Сибири, он сделал в Академии наук ряд докладов. Наиболее
ярким и содержательным был доклад по тектонике Внутренней
Азии, в котором впервые осветил структуры трех направлений:
«саянские» (северо-западные), «байкальские» (северо-восточные)
и «алтайские» (широтные), а также другие структуры,
обрамляющие древний Сибирский материк Азии. Это была
первая тектоническая схема Азии. Его доклады оставили
неизгладимый след у слушателей Российской Академии.
Академик Л.С. Берг, оценив их значение, писал: «Черский
дал схему Азии, составившую эпоху в изучении этого материка».
Знаменитый австрийский геолог Э. Зюсс назвал эту схему
«изумительной». В.А. Обручев писал: «Велико значение
труда И.Д. Черского, содержащего описание фауны четвертичных
млекопитающих и характеристику этого периода». В связи
с последним Б.И. Дыбовский отметил, что «если бы Черский
оставил после себя лишь этого труд, то все равно заслужил
бы благодарную память потомков».

Со времени опубликования работ И.Д. Черского прошло
более ста лет, и, конечно, многих их положения устарели.
Однако, главные геологические, палеонтологические
и археологические обобщения, к которым пришел Иван Дементьевич,
имеют большое значение и в настоящее время.

В честь И.Д. Черского назван огромный хребет, располагающийся
на территории Якутии. Его имя носят высочайшая
вершина Байкальского хребта, гора в Южном Прибайкалье,
откуда берет исток река Слюдянка, погасший вулкан в
Тункинской долине, вблизи поселка Аршан, поселок в
Якутии в устье Колымы, проезд в северной части
Москвы, переулок в Пскове, улица в Иркутске.

Его именем названы две формы из класса головоногих моллюсков,
обнаруженных в отложениях бассейна Колымы, и по
одной форме из класса брюхоногих моллюсков,
трилобитов и граптолитов в породах
ордовика и силура Сибири.

И.Д. Черский — выдающийся исследователь геологии Сибири
и, в особенности, побережья Байкала. Он, несомненно, заслужил,
чтобы в его честь был воздвигнут памятник, который, на
наш взгляд, необходимо установить в истоке реки
Ангары у поселка Листвянка.
В 2002 году — в год 110-летия со дня смерти Ивана Дементьевича —
предполагается заложить гранитную плиту, а в 2005 году
— в год 160-летия со дня рождения — воздвигнуть памятник.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры