издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Любовь к криминалистике

Любовь
к криминалистике

Без этого
условия, считает профессор ИГЭА
Шиканов, невозможно работать
следователем. Настоящим
следователем. Не ремесленником.

— К
сожалению, — сетует Владимир
Иванович, — текучесть в довольно
большом отряде следователей (их в
России около 10 000) невероятно
велика. Мало кто удерживается на
этой работе больше двух лет.

Главная
причина, по мнению профессора
криминалистики, заключается в том,
что на мелких делах хороший
следователь не родится. Нужно
попасть в хорошую бригаду, ощутить
вкус, bcgsnfnm чувство, что ты раскрыл
тайну. Только в этом случае человек
становится энтузиастом, влюбленным
в свою профессию.

Владимир
Иванович из Твери, и путь его в
иркутские профессора был не прост.
В 1943 г. Шиканов был призван в армию.
Служил срочную целых 8 лет, понюхал
пороху. Потом Ленинградская
юридическая школа. 10 лет работал
следователем в Петрозаводской
транспортной прокуратуре. 10 лет
работал в Верховном суде Карелии. И
только в конце 60-х, после защиты
кандидатской диссертации в
Ленинградском университете,
приехал в Иркутск по персональному
приглашению декана юридического
факультета Иркутского
госуниверситета.

— Мне сразу
повезло, — вспоминает Владимир
Иванович. — В первом деле, которое
пришлось вести, были и интрига и
тайна. А в результате удалось
доказать, что человек невиновен. А
такой результат для следователя,
как и оправдательный приговор для
судьи, дает сильные положительные
эмоции…

— Наверное,
не для всех следователей и не для
всех судей?

Профессор
помолчал.

— Да. Есть и
другие. Помню одного такого… Он
всегда рвался на исполнение
приговора, и ему не отказывали.
Больной человек.

Первое дело,
которое милиция предложила
молодому следователю,
представлялось исключительно
прозрачным. Наверное, поэтому его и
отдали новичку.

Пьяная драка
возле пивного ларька на станции
Ладейное поле. Городские
"объясняли" сельским, что те
должны поставить им пиво. На поле
"объяснения" остался труп.
Головой он лежал к пивному ларьку,
ногами — к железной дороге.
Киоскерша и стрелочницы Южного и
Северного постов видели одно и то
же: маленький черненький мужичок
ударил потерпевшего по голове
чем-то блестящим.

"Маленького
черненького" и нож со следами
крови нашли быстро. Задержанный
признался, что, когда в драке стало
туго, он достал складной нож с
металлической насадкой для
извлечения гильз из охотничьего
ружья и кого-то ударил. Мужичок
ничего не отрицал. Он плакал и
твердил: "Когда же я успел нож
открыть? Я же его рукояткой
ударил…".

В комплекте
был весь набор: преступление,
убийца с признанием, свидетели с
показаниями. Но молодой
следователь поступил нестандартно.
Анализ раны и пореза на одежде
убитого показал, что удар был
нанесен другим ножом — тонким и
длинным. Ему удалось найти и
настоящего убийцу, и орудие
преступления, которое преступник
выбросил. Человек был оправдан.

И в
дальнейшем Владимир Иванович
работал в основном с убийствами.
Часто очень сложными.

— Владимир
Иванович, на ваших глазах и с вашим
участием прошла история
практически всей советской
криминалистики, начинается история
криминалистики российской. Как вы
оцениваете ее состояние?

— Мы сейчас
на перепутье, — сказал профессор. —
Страну захлестывает вал
преступности. Коррупция. Жулье
пробивается в Думу и на другие
ответственные посты. Толстосумы
имеют деньги, которые позволяют им
в два счета разрушить любое
уголовное дело. Механизм прост:
нелепые указания сверху, передача
дела другому следователю. Нарушен
баланс между обвинением и защитой.
Адвокаты получили слишком много
прав. Цель очень многих из них — не
истина и закон, а стремление
погубить дело.

По мнению
профессора, в этом процессе есть и
другая негативная сторона.
Общественному мнению посредством
литературы и телевидения
навязывается стереотип поведения
работников правоохранительных
органов, игнорирующих закон.

— Страна
засматривается сериалом
"Менты", — приводит он пример, —
а эти менты практически в каждой
серии бодро вышибают
"правдивые" показания
дубинкой.

— А что вы,
как профессионал, скажете о
"Марше Турецкого", где
напропалую подслушиваются частные
разговоры?

— От этого мы
не уйдем, конечно. Но если
прослушивание будет проводиться в
рамках закона, — сказал профессор. —
Но здесь тоже есть неоднозначность.
С одной стороны, записанный
разговор не признается судом как
доказательство. С другой — не может
не учитываться.

Шиканов
рассказал ленинградскую историю
полувековой давности. Соседка
терроризировала соседа по
коммунальной квартире — плевала в
суп, сыпала мышьяк в кашу,
оскорбляла, угрожала. Соседа
надоумили. Он приобрел магнитофон и
перед очередным "раундом"
поставил его под кровать. Беседа
закончилась не так, как
планировалось. Сосед потерял
контроль над собой и убил соседку. И
вот суд, наверное, впервые в России,
признал, прослушав запись, что
убийство было совершено в
состоянии аффекта. Наказание было
смягчено.

Впрочем, не
все новации в уголовном
судопроизводстве профессор
одобряет. К таким, как гипноз и
полиграф, относится осторожно.

— А как вы
оцениваете действующий
уголовно-процессуальный кодекс?

— Курам на
смех, а не документ. Он был хорош 30
лет назад. За это время к нему
принято более 500 дополнений.
Винегрет. Противоречия на каждом
шагу. Ответов на многие вопросы нет.
К сожалению, после того как в 1996 г.
Госдума приняла проект нового
кодекса в первом чтении,
парламентарии про него как бы
забыли. Впрочем, не так давно
Владимир Путин говорил о грядущей
судебной реформе. Надеюсь, что
начнется движение.

Движение —
принцип жизни профессора. Полная
учебная нагрузка на юридическом
факультете экономической академии.
Лекции, семинары и курсовые работы
на дневном, заочном и
"ускоренном" отделениях.
Аспиранты. Их сейчас у Владимира
Ивановича четверо, а шесть уже
защитились. Научно-методическая
работа. Книги, которые он
продолжает писать.

Естественно,
что направление в научной
криминалистике, которое профессор
избрал, имеет к его 20-летнему опыту
непосредственное отношение. Тема
первой, кандидатской, диссертации:
"Комплексная экспертиза при
расследовании убийств".

— Такой уж я
кровавый человек, — заметил
профессор, подписывая подаренную
мне книгу.

Название
книги, написанной профессором в
соавторстве с двумя коллегами и
изданной в прошлом году в ИГЭА,
действительно вызывает мурашки на
коже: "Кровь как структурный
элемент следовой обстановки на
месте происшествия".

Недавно
Владимиру Ивановичу Шиканову было
присвоено почетное звание
"Заслуженный юрист России". А 29
декабря, в канун третьего
тысячелетия, ему исполняется 75 лет.
"Восточка" поздравляет
профессора криминалистики и
уголовного процесса Владимира
Ивановича Шиканова с юбилеем. Мы
желаем ему здоровья и надеемся, что
он еще долгие годы сможет
заниматься делом, в которое
влюбился 50 лет назад.

Владимир
КИНЩАК,
"Восточно-Сибирская правда".

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное