издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Самоутверждение слабоумных

  • Автор: Андрей ЧЕРНОВ

Виктор Панченко уже год как вышел на пенсию. Силы у него ещё имелись, потому просто так сидеть без дела на один только пенсион он не захотел. Обратился к Алексею Петрову, своему знакомому предпринимателю, который и взял его на работу сторожем. База, которую охранял Виктор Панченко, располагалась неподалеку от садоводства «Радуга», что под Ангарском. Тут, кроме личных автомобилей «КамАЗ» и «Тойота», Алексей Петров держал и кое-какие вещи принадлежавшей ему мебельной фирмы.

Виктора Панченко предприниматель знал уже пять лет. Знал как человека здравого, непьющего, вполне пригодного для сторожевого дела. Место для базы было выбрано довольно тихое, дачники особого беспокойства не доставляли, потому рации и сотового телефона для экипировки сторожа было до сих пор достаточно.

Рядом со сторожкой расположился флигель, в котором жили рабочие мебельной фирмы. Двое молодых парней, лет 22 — 25, занимались нехитрым трудом разнорабочих — принеси-подай. Работа несложная, но весьма нужная в любом производстве.

Стоял конец июня, суббота. К одному из обитателей флигеля, Илье Фоменко, ближе к вечеру из Ангарска приехал двоюродный брат, 23-летний Сергей Страхов. Олег Чертков, коллега Фоменко, предложил отметить это радостное событие — свидание родственников. Вот только денег на праздник ни у одного из троицы не оказалось. Но Илья Фоменко, как старожил садоводства, хорошо знал, где можно запросто одолжить пол-литра неплохого спирта. Илья сказал: «Ждите», хлопнул дверью и исчез за забором. Страхов и Чертков едва успели приготовить немудрёную закуску, как вернулся Илья с поллитровкой девяностошестиградусного спирта. Алкоголь развели один к одному. Но литр как-то быстро кончился. Илью Фоменко долго уговаривать не пришлось, вскоре он вернулся с ещё одной поллитровкой. Вскоре и эта порция была выпита. Время близилось к полуночи. Илья Фоменко уже засыпал, когда Олег Чертков отправился в сторожку:

— Пойду, Николаича тряхну ещё на дозу, а с получки отдам, — сказал друзьям Олег и отправился к Виктору Панченко.

— Олег Чертков быстро вернулся, — позже будет рассказывать Илья Фоменко, — он был очень недоволен. Сторож ему не дал денег в долг, ещё и послал подальше. Потом я уснул и проснулся только утром. Увидел, что Чертков спит, а мой брат, Страхов Сергей, переодевается в чистую одежду. Он сказал, что собирается в город за продуктами. Вскоре проснулся Чертков и сказал, что вечером они вдвоём с Сергеем были у Панченко и «немного перестарались». Типа того, что Чертков толкнул мужика, тот упал, ударился головой, потекла кровь, и он умер. Потом Чертков рассказал, что, когда сторож умер, то они погрузили его тело в его автомобиль и столкнули в кювет.

— Когда я пошёл посмотреть, что происходит в сторожке, то не обнаружил там ни сторожа, ни его машины, — рассказывает далее Фоменко. — И ещё я обнаружил, что пропал электроинструмент, который принадлежал фирме. Чертков объяснил тогда, что инструмент в реке, в Китое. Ну а брата и Черткова в этот же день задержали сотрудники милиции.

На самом деле Олег Чертков и Сергей Страхов «перестарались» не немного, а даже очень много.

— Слушай, Серега, этот дед упёртый во всю голову, — сказал вернувшийся от Панченко Чертков. — Матерится и денег не даёт, а я знаю, что они у него есть. Пойдём, разберёмся с дедом, а то он совсем страх потерял.

— Как это ты с ним хочешь разобраться? — спросил Страхов.

— А завалим гада, и все дела, — решительно заявил Чертков.

План в их мозгу созрел быстро. Домик сторожа состоял из веранды и одной комнаты. Когда подвыпившие визитёры захлопнули за собой дверь веранды, Панченко находился в самом доме. Чертков включил магнитофон, который стоял тут же на журнальном столике. Свет на веранде не горел, она была наполнена поздними летними сумерками, потому преступники решили на всякий случай подстраховаться, чтобы у сторожа не было шансов узнать нападавших. Страхов занял исходную позицию с рубахой в руках за дверью, которая вела в дом.

Когда заиграла музыка, на веранду вышел Виктор Панченко. В этот момент Страхов, по заранее утверждённому плану, накинул на голову сторожу рубаху. Завязалась борьба. Виктор Панченко был довольно крепким мужчиной, а наглость двух отморозков придавала ему силы.

Чертков тщетно пытался повалить сторожа на пол. Ещё какое-то мгновение — и Виктор Панченко освободился бы от пьяных объятий Черткова: тот, несмотря на рубаху, накинутую на голову сторожу, был явно слабее шестидесятилетнего мужчины. Страхов увидел в углу веранды обрезок трубы. Мысль сработала в направлении этого металлического обрезка. Уже через секунду Страхов молотил по ногам сторожа, на котором висел Чертков. Удары дали ожидаемый результат — Виктор Панченко упал, но всё так же цепко продолжал держать в своих объятиях Черткова. Стараясь не попасть в подельника, Сергей Страхов ударил несколько раз сторожа по спине. Рубаха слетела с головы мужчины.

— Гады, я вас узнал, обязательно сдам в милицию, — зло сказал сторож, когда разглядел нападавших.

— Сдавай, если сумеешь, — сказал, издеваясь над лежащим на полу мужчиной, Страхов и, размахнувшись из всех своих пьяных сил, опустил трубу на голову сторожу.

Какие чувства испытывали Олег Чертков и Сергей Страхов, когда решили убить и когда убивали пожилого человека? Тут необходимо некоторое отступление от сюжета, дабы попытаться выяснить, что собой представляли убийцы, и понять логику их дальнейших действий.

Убийцы к суду подготовились основательно. Прежде всего, на комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизе (которая проводится в обязательном порядке в стационарном режиме) нужно было убедить экспертов, что они оба — слабоумные существа. Родственники Страхова предоставили медицинскую карту преступника. У него имело место быть органическое расстройство личности. Сказать по-другому — лёгкая степень олигофрении. С раннего детства наблюдалось отставание в психомоторном развитии, слабая успеваемость в школе, травма головы, ну и, конечно же, стойкая алкоголизация. Психолого-психиатрическое обследование выявило у преступника неразделённость эмоциональных реакций, причём проявления этих реакций совсем неадекватны внешним раздражителям. То есть суждения его поверхностны, мышление плоское… Однако, как выявила экспертиза, все эти особенности психики не сопровождаются грубыми расстройствами памяти, интеллекта и мышления. То есть Страхов прекрасно осознавал, что и зачем он совершает, и не только осознавал, но и мог руководить своими действиями. Вот как оценили эксперты индивидуально-психологические особенности Сергея Страхова: преобладание здравого смысла, трезвой оценки житейских ситуаций, рациональный подход к решению возникающих проблем. Но вот загвоздка — эти особенности личности Страхова могут показать только механизм поведения в момент преступления, но не способны изменить это самое поведение в этот самый момент. Так почему Страхов пошёл на убийство? Вывод экспертов о мотивации преступника ошеломляет: мотивацией преступления следует считать… самоактуализацию (стремление и способность человека к творчеству), реализацию собственного «я» и собственных амбиций.

Чертков выглядит ещё большим доходягой. Патология беременности матери, подверженность частым простудным заболеваниям, неоднократные травмы головы с последующими проявлениями в виде тошноты, головных болей, головокружения. Нарушения поведения в школьные годы и наблюдение в связи с этим у психиатра. Невысокий интеллектуальный уровень, конкретно-ситуативное мышление, легковесность суждений. Но в то же время эксперты выявили у Черткова устойчивость интересов, упорство в отстаивании собственного мнения, стремление в суждениях опираться на собственный опыт.

Но мотивы преступления даже и этого заморыша — стремление к творчеству. Парадоксы природы, да и только, которая наделяет высоким стремлением даже таких ничтожеств, как эти двое…

На тюремные нары убийцам не хотелось. В их мозгах вертелось одно: по большому счёту они не сделали ничего особенного. Просто отомстили гаду-сторожу, который не хотел по-честному дать в долг немного денег и ещё обзывался нехорошими словами.

— Да, а чего, — рассуждал Страхов. — Дал бы денег, бегал бы сейчас на своих двоих. А то вот теперь тащи его на себе.

Убийцы погрузили тело сторожа на садовые носилки и потащили его на улицу. Решено было тело отвезти куда-нибудь подальше и там его спрятать, чтобы никто не нашёл.

— Нет тела — нет дела, — сказал, усмехаясь, Сергей Страхов своему подельнику.

Ни «КамАЗ», ни «Тойоту» завести не удалось. Тогда Страхов направился к «Жигулям» Виктора Панченко. Он забил отвёртку в замок зажигания, поковырялся в моторе, и «пятёрка» ожила. Тело сторожа погрузили в багажник, «Жигули» взяли курс на Ангарск. Через несколько километров автомобиль заглох.

Убийцы в очередной раз проявили страсть «к творчеству». «Жигули» столкнули в кювет.

— Потом мы слили из бака машины бензин, — рассказывал на суде Чертков. — Облили салон, багажник, тело и подожгли.

Сторожка подверглась тщательному обыску. Убийцы нашли 550 рублей. Ещё по дороге в сторожку они придумали, как им казалось, хитроумный план: инсценировать ограбление домика. Вроде, как это кто-то чужой залез в дом, убил Панченко и ограбил сторожку. На своих не подумают.

Логика преступника, которым стал Сергей Страхов, подсказывала ему, что можно как-то выпутаться из сложной жизненной ситуации. И если не избежать наказания, то весьма значительно его смягчить. Тут и адвокат предложил ему неплохую позицию. Чертков, конечно, согласился…

Адвокаты двух убийц очень быстро выстроили свою версию преступления. Черткова в силу слабости его не только умственного, но и волевого развития, было легко убедить в том, чтобы он, что называется, взял всё на себя.

— Смотри, как надо делать и как надо говорить на суде, — внушал защитник Черткова своему подзащитному. — Ты берёшь убийство на себя. Говоришь, что просто хотел избить сторожа, что Страхову просто предложил помочь тебе побить… Тогда получается, что у вас не было первоначального умысла на убийство. А значит, часть вторую 105 статьи суд переквалифицирует на часть первую. Ну и ещё суд учтёт и смягчающее обстоятельство, что ты не судим.

Адвокат Страхова провёл со своим подзащитным похожую разъяснительную работу. Страхов, по замыслу защитника, никак не участвовал в убийстве. Конечно, кражу и поджог автомашины никуда не спишешь. Мол, делали вы это вдвоём.

— На суде признаешь себя виновным в уничтожении чужого имущества и в краже сотового телефона, — лил бальзам на душу убийцы адвокат. — Скажешь, что бил потерпевшего только по ногам, а по голове сторожа бил Чертков.

Увы, суд отнесся к этой ловкой версии более чем критически. Судом было признано, что утверждения Страхова о том, что он не принимал участия в убийстве Панченко, а сделал это один Чертков, а также утверждения об этом Черткова — надуманны. Надуманны, чтобы избежать Страховым уголовной ответственности.

«Стремление к творчеству» Страхова и Черткова суд оценил по-своему. Оба получили по 14 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. Кроме того, суд удовлетворил гражданские иски мебельной фирмы на 12825 рублей за украденный инструмент, и жены Виктора Панченко на 70 тысяч — за сожжённый автомобиль.

Фото Дмитрия ДМИТРИЕВА

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Актуально
Мнение
Проекты и партнеры