издательская группа
Восточно-Сибирская правда

От выборов к выборам

Сегодня в редакции «Восточно-Сибирской правды» – председатель Избирательной комиссии Иркутской области Виктор Игнатенко и политолог, вице-президент Байкальской медиа-группы Игорь Михель. В повестке нашей беседы – выборы в Иркутской области, как недавно прошедшие, так и предстоящие.

Дмитрий Люстрицкий, шеф-редактор «Восточно-Сибирской правды»: Итоги выборов Президента Российской Федерации подведены, проценты подсчитаны. Что, на ваш взгляд, осталось за рамками оценок, которые уже были даны этой кампании на региональном уровне?

Виктор Игнатенко, председатель Избирательной комиссии Иркутской области: Отмечу, что эта Избирательная кампания прошла спокойно, организованно, и каких-либо проблем в нашей системе не возникало. Явка для региона, который на предыдущих выборах Президента Российской Федерации оказался предпоследним по стране (тогда позади нас находился лишь Красноярский край), была неплохой, и мы примерно на 54-58 месте из 84 субъектов Федерации.

Результат выборов с самого начала был прогнозируем, и он довольно точно уложился в канву социологических исследований, которые проводились накануне голосования. Прогнозируемость выборов отнюдь не свидетельствует о каких-то проблемах. Например, на предыдущих президентских выборах тоже был явный фаворит. В Иркутской области в 1994 году на губернаторских выборах сложилась такая же ситуация, и исход их был практически предрешён. Всем было ясно, что губернатором станет Юрий Ножиков, хотя там был, например, такой кандидат, как Анатолий Помигалов, но все понимали, что он наберёт чуть-чуть.

Лично для меня, как для избирателя, выборы были пресными. Так сказать, в этом блюде пряности отсутствовали в принципе. Но, с точки зрения организации избирательного процесса, они оказались выборами лёгкими, легче даже, чем декабрьские в Государственную Думу. Жалоб было немного, а конкретных фактов нарушений – ещё меньше.

Д.Л.: Тем не менее есть общее мнение, что явка была организована и через принуждение работников, и через систему голосования по открепительным удостоверениям…

В.И.: К сожалению, это всё предположения. В сутки голосования к нам поступило четыре жалобы, но из них не было ни одной, касающейся принуждения избирателей. Письменно, конкретно и с указанием номера участка, к нам никто не обращался. Что касается открепительных удостоверений, то поступали звонки на «горячую линию», были и устные обращения. Мы просили избирателей, если есть проблемы, назвать фамилию хотя бы тех, кто их заставляет, но никто нам заявления так и не написал. Хотя наличие звонков заставляет предположить, что факты принуждения к получению открепительного удостоверения были.

Игорь Михель, политолог: Хочу обратить внимание на важную деталь: выборы президента явились продолжением декабрьских выборов в Государственную Думу. И с точки зрения ожиданий избирателя, и с точки зрения предсказуемости результата. Выборы проходили без яркой внешней интриги и прошли абсолютно спокойно. Зная ситуацию в других регионах, я могу сказать, что у нас всё прошло гладко во многом благодаря профессионализму местной избирательной комиссии, которая заслуженно считается одной из самых сильных в России.

Тем не менее у нашего региона есть одна особенность, которая всегда заставляет задуматься. В Иркутской области явка отстаёт от среднероссийской довольно существенно, примерно на 10%. Это же касается результата победителя. Кстати, мне кажется, корректней не сравнивать результаты выборов, прошедших в разное время на одной территории, а анализировать единовременные результаты нескольких регионов. Политическая ситуация в разные моменты времени может очень сильно меняться, а вот сравнение, например, с другими субъектами Сибирского федерального округа, с результатами в целом по России даст нам более объективный подход.

Мне кажется, это отставание обусловлено внутрирегиональной политической ситуацией. Иркутская область не относится к числу самых благополучных и стабильных регионов. Эти ощущения избирателя всегда накладываются на результат, и то, что явка у нас будет хуже, чем по России, было абсолютно предсказуемо. Основные оппоненты победителя набрали у нас больше, чем в целом по стране, процента на четыре, на пять.

Д.Л.: То есть у нашего избирателя присутствует определённый заряд оппозиционности?

И.М.: Без него политическая жизнь невозможна, просто у нас он присутствует в большей степени, чем во многих субъектах Федерации.

Что касается нарушений во время прошедшей кампании, то, действительно, большого количества зафиксировано не было, а тот негативный фон, который имел место, я отношу на счёт излишней ретивости отдельных руководителей предприятий и органов исполнительной власти. Хотя трудно представить, как человека, которого помимо его желания всё-таки побудили прийти на избирательный участок, можно заставить проголосовать за конкретного кандидата. На мой взгляд, часто это даёт результаты, совершенно противоположные тем, на которые рассчитывают организаторы подобных действий. Но это существует в стране в целом, и наш регион не является каким-то исключением из общего ряда.

Д.Л.: Но у нас же есть территории, где явка просто исключительная, на уровне 90%, просто Дагестан какой-то. Я имею в виду районы Усть-Ордынского Бурятского округа…

И.М.: Электоральное поведение избирателя чётко укладывается в определённые законы. Если говорить об округе, то там явка всегда была существенно выше.

В.И.: Явка всегда выше у сельского населения, а у городского всегда ниже. Потом, уровень жизни, статус играют роль. Благополучные люди хуже участвуют в голосовании. Есть работа учёного Валерия Зарубина, это, кстати, его докторская по мотивации избирателя к участию в голосовании. Там выделяется много факторов, всего около семидесяти, и из них только тридцать основных. Так что это тема для отдельного исследования.

В Иркутской области есть специфика электорального поведения, и оно отлично, например, от поведения в кавказских республиках. Что влияет на ситуацию? Административный ресурс, характер его применения, традиции, отношение людей к празднику, как к поводу выйти из дома. Например, в районе безработица, все по домам сидят, а тут такой повод для общения. Этот вопрос нужно изучать. Если коротко, то в Иркутской области преимущество городского населения, а у него электоральная активность ниже, чем у сельского.

Если взять Сибирский федеральный округ, то явка ниже в четырёх субъектах Федерации: Республике Хакасия, Алтайском крае, Красноярском крае, Томской области. Все остальные регионы стоят выше, чем Иркутская область, и мы получаемся посередине где-то. А вот по протестному голосованию нужен серьёзный анализ.

Я, кстати, считаю, что сравнивать нужно всяко: и что было раньше, и что случилось в это событие. Например, у нас, чисто теоретически, могла бы быть и больше явка, проведение референдума по объединению это показало. Есть некоторые статистические закономерности. Если город Иркутск показывает явку в районе 55%, сельские территории голосуют где-то на уровне 75-80%, а крупные города – Братск, Ангарск – дают явку в пределах 66%, это значит, явка по области в целом будет больше 65%.

В сутки голосования, когда привозили протоколы в ТИКи, мы по системе ГАС-Выборы видели, как шла динамика по явке. Когда введено было 15% протоколов, явка была значительно больше 65%. Когда данные пошли по Иркутску, ситуация стабилизировалась, но всё равно было больше 65%. Явку «посадили» Ангарск и Усолье-Сибирское. Интересно, что Ангарск и Братск по численности избирателей примерно одинаковы. Организационно сложнее Братск, он разбросан на сто с лишним километров. Но явка там была где-то 65%, а в Ангарске – 55%. И нас объективно потянуло вниз.

Почему так случилось? Нужно проанализировать. Очевидно, что в Ангарске есть проблемы в исполнительной власти, проблемы по ситуации в политических партиях. Там элита не консолидирована, находится в состоянии конфликта. По городу Усолью-Сибирскому другая ситуация. Но очевидно, что такая явка сигнализирует о реакции населения на какие-то проблемы.

Д.Л.: Кстати, и Иркутск по явке дал 55%?

В.И.: По явке? Иркутск – это всегда проблемный город по данному вопросу. Когда явка достигает здесь 55%, то это с любых точек зрения очень высокий процент. Если Иркутск набирает 55%, то область уже оказывается за 65%. И если бы везде она была прекрасная, а вдруг Иркутск дал бы явку ниже 50%, то и по области явка была бы низкая. Погоду в Иркутской области делают Иркутск, Братск, Ангарск, города поменьше, потом – районы. И даже если у нас в Ольхонском районе традиционно высокая явка, на общий результат по области влияние невелико, потому что количество жителей небольшое.

И.М.: Примерно столько же, сколько студентов в одном среднестатистическом вузе города Иркутска.

В.И.: Добавлю, что я, как председатель Избирательной комиссии Иркутской области, отвечаю за выборы не в политическом формате. И нам, как избирательной комиссии, никаких цифр по явке не спускалось. У нас вообще нет такого критерия, как явка, при оценке результатов работы комиссии, например, при премировании. Мы можем, конечно, анализировать политические вещи, явку, результаты по кандидатам, но это не задача комиссии. Задача комиссии – по закону всё организовать, провести, а результат даёт народ.

Д.Л.: Игорь Николаевич, эта избирательная кампания шла практически при отсутствии финансирования на местном уровне. Средства в основном осваивались через федеральные каналы. И, тем не менее, результат оказался удовлетворительным. Как вы полагаете, не приведёт ли это к перекройке рынка политической рекламы?

И.М.: Я назову одну цифру, которая является некоторым откровением этих выборов. По сумме средств, которые пошли на избирательную кампанию, кандидат в президенты Жириновский затратил средств значительно больше, чем все остальные кандидаты вместе взятые. Из этого следует вывод, что не всё на выборах решают деньги. И это внушает оптимизм.

Что касается формата кампании, то она изначально была федеральной, и мне трудно представить, чтобы кто-то из кандидатов в президенты попробовал бы опереться в этой ситуации на региональные штабы. То, что кампания шла через федеральный формат, это нормальное решение. Будут региональные выборы – будет и другой формат, а для президентских выборов это совершенно естественно.

Д.Л.: И здесь уместно поговорить о том, что мы сегодня находимся в начале нового политического цикла: осенью нас ждут выборы в Законодательное собрание объединённой Иркутской области.

В.И.: У региональных выборов иной правовой, иной политический формат, иная мера конфликтности. Президент утвердил Положение о выборах депутатов Законодательного собрания Иркутской области, будет сформирована временная избирательная комиссия. Я надеюсь, что костяк Избирательной комиссии Иркутской области будет в ней воспроизведён. Можно сказать, что это будет первый орган нового субъекта Федерации. Ведь Законодательное собрание сегодня исполняет лишь некоторые полномочия законодательного органа нового субъекта, губернатор тоже не все полномочия имеет, это всё органы прежнего субъекта Федерации.

Временную комиссию назначает Центральная избирательная комиссия. В силу специфики этих выборов временная комиссия будет принимать ряд решений, которые раньше принимали законодатели. К примеру, будет назначать выборы. Дата уже известна – 12 октября, но со дня официального опубликования решения о назначении выборов стартует кампания, начинаются все избирательные действия. Временная комиссия будет утверждать схему округов, формировать нижестоящие избирательные комиссии. И она прекратит своё существование с началом работы комиссии нового субъекта Федерации. Параллельно будет функционировать и Избирательная комиссия Иркутской области, которая станет проводить все муниципальные выборы, и избирательная комиссия в округе, где осенью пройдёт полномасштабная муниципальная кампания – будут избираться мэры и пройдут довыборы в Думы. Чтобы не допустить двоевластия и преемственности (ведь аппарат у постоянной и временной комиссий будет один), я думаю, что костяк комиссии Иркутской области будет переназначен.

Что касается схемы округов, то я сторонник того, чтобы существующую сегодня ситуацию сильно не перерисовать. Она у нас устоявшаяся, лишь изменится количество депутатов по Усть-Ордынскому округу. В новом созыве Законодательного собрания будет больше депутатов, их станет пятьдесят: 25 по спискам, 25 по одномандатным округам. Усть-Ордынский Бурятский округ будут представлять четыре депутата – это преференция, которая дана Федеральным конституционным законом, и только в этом созыве. Потом он впишется по численности в одномандатный округ. На территории Иркутской области по округам будет распределяться 21 мандат – так и было. Некоторые коррективы могут быть по Иркутску, там, где построили новые дома и изменилась численность избирателей.

Конечно, эти выборы всегда более конфликтны. Это борьба за «ближнюю власть», да и одномандатные округа внесут дополнительную конфликтность, ведь там нередко будут кандидаты политически анонимные. Партии всегда более ответственно подходят к отбору кандидатур. Так что кампания будет горячая, и какой сложится уровень политической культуры на этих выборах – предугадать сложно. Очевидно, без избирательных споров не обойдётся. Представьте только общее количество кандидатов, и каждый округ, и каждая партия может быть стороной в нескольких избирательных спорах. Так что, по сравнению с президентской кампанией, для временной избирательной комиссии Иркутской области она будет более сложной. Есть ещё один фактор: осенью региональные избирательные кампании пройдут всего в четырёх субъектах Федерации, а у нас ещё и новый субъект, это значит, что к Иркутской области будет приковано и внимание ЦИК.

Д.Л.: Возможно ли уже примерно обрисовать ожидаемые векторы конфликтов? Какие силы сойдутся в одномандатных округах, какой сценарий ожидается в борьбе по спискам?

И.М.: Сформировалась уже партийная составляющая, и в связи с этим роль в избирательной кампании крупных градообразующих предприятий или экономических систем ослабевает. На весну 2008 года мы видим четыре политические силы, которые будут конкурировать на этом поле. На мой взгляд, если бы выборы состоялись сегодня, «Единая Россия» получила бы порядка 15 мандатов из 25, а остальные десять распределились бы между коммунистами в первую очередь, а также «Справедливой Россией» и ЛДПР. Кроме того, есть внутрипартийная политическая борьба, которая не так заметна глазу.

Я полагаю, что присутствующие в регионе политические силы стоят на пороге осмысления того, какими ресурсами и персоналиями в эту избирательную кампанию входить. Человеческий ресурс здесь очень важен, а наше политическое поле небогато на ярких личностей. Идёт внутренний кастинг, и я думаю, что те депутаты, которые работают в региональном парламенте сегодня и зарекомендовали себя как активные лоббисты своих территорий и избирателей, как проводники политических идей, имеют большие шансы остаться и в новом парламенте. Более того, не побоюсь утверждать, что состав парламента нынешнего, и того, который будет избран осенью, в значительной части совпадут. Возможно, что это и неплохо.

Конечно, финансово-промышленные группы всё равно будут влиять, но это влияние не в безусловном формате, как это было в конце 90-х годов или в начале 2000-х. В первую очередь они будут вписываться в пространство, выстраиваемое политическими партиями.

В смешанной системе формирования парламента есть две ипостаси: депутат партийный и депутат одномандатный. И политическая биография некоторых политиков сложилась так, что одни чувствуют себя комфортней, находясь один на один с избирателем, а другие играют только в партийной команде. Но можно сказать абсолютно точно: конкуренция в одномандатных округах будет очень и очень сильной, это очевидно. И здесь партийная принадлежность сыграет вторую роль, а на первую позицию выходит ресурс личности.

В.И.: Лично я думаю, что наши активные политические партии постараются выставить своих кандидатов во все без исключения округа. Следовательно, это станет предметом межпартийных консультаций, и смею предположить, что они уже идут. Просматривая прессу, телевидение, слушая радио, информированный человек может увидеть амбиции, заявленные на информационном поле. Уже можно видеть, кто за кем стоит и на какой примерно округ нацелился.

Д.Л.: На ваш взгляд, в каких округах борьба будет наиболее жёсткой?

[dme:cats/]

В.И.: На мой взгляд, некоторые могут решить, что в Усть-Ордынском Бурятском округе мало избирателей, зато есть целых четыре мандата. Цена мандата получается 25 – 30 тыс. избирателей, и, возможно, будет много соискателей на округ. Но там тоже не всё просто, и нельзя гарантировать, что пришлый кандидат там победит.

По прошлому опыту знаю, что по Иркутску, по Ангарску будет много кандидатов, как и вообще по городам. По районам активность, очевидно, будет несколько ниже. Потому что ни один район целиком избирательный округ собой не представляет, и это тоже пространство для консультаций. Кроме того, там будут идти муниципальные выборы, в которых местная элита тоже участвует. А региональная элита, без опоры на местную, одна ничего не сделает. Но здесь я подхожу к порогу тех ограничений, которые на мои оценки накладывает статус председателя избирательной комиссии. Могу сказать лишь, что процесс, в сущности, уже начался.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер