издательская группа
Восточно-Сибирская правда

"Железо сдает, но бойцы не сдадут"

"Железо
сдает, но бойцы не сдадут"

Леонид БОГДАНОВ,
журналист

В Иркутске
состоялась встреча бывших воинов,
посвященная 55-й годовщине победы в
Заполярье. Участников боев в
Заполярье сердечно поздравил
председатель городского совета
ветеранов, почетный гражданин
Иркутска Михаил Распутин и вице-мэр
города Сергей Дубровин. Были
задушевные разговоры, были песни и
даже танцы. Но была и грусть.
Когда-то на такую встречу
собиралось до четырехсот человек.
Сейчас пришло около полусотни.

Фашисты изо
всех сил стремились захватить
Мурманскую область, богатую
никелем и апатитами, рыбой и
оленями, с единственным в России
незамерзающим портом, открывающим
вход в океанские просторы Арктики.
Они были в 5 раз сильнее наших войск,
имели специальный корпус горных
егерей, накопивших опыт боевых
действий в горах Югославии и
Греции. Но несмотря на все свои
преимущества, враг смог
продвинуться в глубь нашей
территории всего на 20-30 километров
от государственной границы. Это за
первые две недели войны. На том их
успехи и окончились. До Мурманска
оставалось всего 70 километров, но
они стали для врага непреодолимыми.

Конечно,
такой результат — следствие многих
составляющих. Играл роль ландшафт
местности, удобный для обороны:
скалы, валуны, топи, глубоководные
заливы, которые позволяли военным
кораблям высаживать десанты и
наносить огневые удары по
вражескому флангу. Очень важный
момент — согласованность действий
армейцев и моряков, пополнение
сухопутных войск бригадами морской
пехоты, воины которых в первых же
боях показали себя настоящими
орлами. Среди них было немало и
наших земляков.

Большую роль
в стабильности фронта на
мурманском направлении сыграла
личность первого секретаря обкома
партии Максима Ивановича
Старостина, которого рабочие
любовно прозвали "товарищем
Максимом", находясь под
впечатлением популярной до войны
кинотрилогии о Максиме — рабочем
парне, ставшем государственным
деятелем. Эту роль в фильмах с
большим мастерством сыграл артист
Борис Чирков, как уверяют ветераны,
очень похожий на Старостина. Такой
же крепыш, невеликого роста,
простоватое лицо без особых примет,
и только глаза — внимательные, как
бы все понимающие — выдают в нем
человека недюжинного.

Именно таким
человеком и был Максим Иванович.
Сын паровозного кочегара со
станции Иннокентьевская (нынешний
Иркутск-2), он одним из первых стал
комсомольцем в Глазковском
предместье, работая слесарем в
депо. Был бойцом ЧОНа, не раз
рисковал жизнью, возглавив
Балаганский уком комсомола, —
вокруг бродили банды, и бандиты
обещали посчитаться с молодежным
вожаком.

Дальнейшая
жизнь Максима Ивановича
продолжительное время была связана
с железнодорожным транспортом, где
он и вырос в крупного руководителя.
Окончил Военно-инженерную
академию, в которой преподавал
генерал Карбышев. Избранный первым
секретарем Мурманского обкома
партии, Старостин успел кое-что
сделать для освоения этого края.
Так, например, первым в Советском
Союзе был электрицифирован участок
железной дороги Мурманск —
Кандалакша. И тяжелый состав
впервые вместо паровоза потянул
электровоз.

Накануне
нападения Германии к Старостину
приехал озабоченный командующий
14-й армией генерал-лейтенант В.А.
Фролов.

— Что делать?
Армейской разведкой точно
установлено, что в Северной
Норвегии и в Финляндии
накапливаются немецкие войска для
нападения на нашу страну.

— Что делать?
— задумчиво переспросил Старостин
и решительно заявил: — Действовать!

Был сделан
смелый шаг: без консультаций с
Москвой ввели в Мурманске особое
положение, привели в боевую
готовность войска. А когда война
началась, не спешили с эвакуацией,
беря за это всю ответственность на
себя. Поэтому и не был демонтирован,
вопреки указаниям сверху,
электрифицированный участок
дороги, сохранено крановое
хозяйство в порту и на железной
дороге.

Сообщая
Верховному, что заводы, железная
дорога и учреждения работают,
Старостин писал: "Пока живы,
будем защищать Мурманск".

И город на
краю нашей земли защищали все: и те,
кто стрелял из орудий, поддерживая
нашу пехоту, и те, кто топил
фашистские транспорты, и те, кто
тушил пожары в городе и под бомбами
разгружал советские и иностранные
суда.

Всю войну наш
земляк Максим Иванович Старостин
был одним из организаторов обороны
Кольского полуострова, а потом и
разгрома фашистских войск в
Заполярье, занимая посты первого
секретаря Мурманского обкома
партии и члена военного совета 14-й
армии.

После войны
он стал заместителем министра
госконтроля СССР. Но сказались
напряжения военных лет: 14 ноября 1948
года Старостин умер, всего в
возрасте 46 лет.

В Заполярье
проявился командирский талант и
другого уроженца нашей области —
Владимира Николаевича Алексеева,
ставшего там командиром дивизиона
торпедных катеров Северного флота.
Его действия на море всегда
отличались дерзостью,
необыкновенной отвагой,
основанными на трезвом расчете. Так
было, например, летом 1944 года, когда
8 катеров под его командованием
вышли на перехват конвоя, имевшего
в своем составе 30 вымпелов.
Обнаружив наши катера, корабли
противника открыли ураганный
огонь, поддержанный береговыми
батареями. Алексеев приказал
поставить дымовые завесы и,
используя их, повел катера в атаку.
Они потопили тогда девять
вражеских кораблей, среди них 3
транспорта и 2 эсминца.

Всего
дивизионом торпедных катеров под
его командованием было потоплено 26
кораблей врага. 55 лет назад, а
точнее 5 ноября 1944 года, ему
присвоили звание Героя Советского
Союза. Он участвовал в Параде
Победы. С золотой медалью окончил
Академию Генштаба, стал адмиралом,
был первым заместителем начальника
Главного штаба ВМФ. Он умер в этом
году в Москве, совсем немного не
дожив до нынешнего юбилея.

Многие
иркутяне приняли самое
непосредственное участие в
завершающей Петоамо-Киркенесской
операции и освобождении Северной
Норвегии. Один из них — иркутянин
Михаил Давыдович Ламберт, недавно
еще инженер завода
радиоприемников, почти тридцать
лет проработавший на этом
предприятии, почетный радист СССР.
Осенью 1944 года в качестве радиста
20-й штурмовой инженерной бригады он
в составе
разведовательно-диверсионной
группы под командованием капитана
В.И. Кравцова десантировал ночью в
тыл врага. Постоянно меняя свое
местонахождение, они совершали
марш-броски по 10-15 километров, что в
условиях Заполярья совсем не
простое дело: приходилось
карабкаться по скалам, спать на
выпавшем уже снегу,
замаскировавшись парашютными
полотнами. Несмотря на холод,
костры не разводили. Чай и
концентраты варили на спиртовках.

В таких
условиях их группа около месяца
действовала в тылу врага, минируя
дороги, нарушая линии связи, подчас
обстреливая воинские колонны. В
октябре, когда началось наше
наступление по всему фронту, они с
тыла ворвались в Луостари и вместе
с другими подразделениями овладели
этим населенным пунктом.

Не раз
отличался в боях под Мурманском и
Иван Павлович Каторжный,
добровольно ушедший из наших краев
в морскую пехоту и участвовавший в
десантных вылазках. Во время
захвата порта Линахамари он, уже
командир взвода морских
разведчиков, водрузил над ним
красное знамя. В один день с
катерником В.Н. Алексеевым ему
присвоили звание Героя Советского
Союза. После войны он стал
полковником, умер 15 ноября 1982 года.

Вместе с ним
освобождал порт Линахамари живущий
сейчас в Иркутске бывший старший
матрос Иван Андреевич Папонов. До
того, как стать морским пехотинцем,
он служил на подводной лодке М-172 —
"малютке", как называли
подводные корабли той серии. Под
командованием И.И. Фисановича их
экипаж еще в сорок первом году
потопил в Баренцевом море три
транспорта противника. Их командир
стал Героем Советского Союза, под
свое начало принял дивизион
подводных лодок, но не забывал о
своей "малютке", которая
продолжала пускать на дно корабли
врага. Ожидая ее возвращения из
очередного боевого похода, он
приготовил экипажу маленький
подарок — песню, текст которой
написал сам, а музыку — служивший на
Северном флоте композитор Евгений
Жарковский.

Вот слова
этой песни.

Безмолвны
и хмуры норвежские скалы,
Лишь эхом откликнутся взрывы
торпед,
Да сполохи ярко над морем
сверкают,
Ведя хороводы в честь наших
побед.
Свой орденский флаг — знамя
славы и чести —
"Малютка" проносит средь
бурных морей,
Врагу не отбиться от мести
гвардейцев
Ни шквалами бомб, ни огнем
батарей.
С кратчайших дистанций врагов
мы топили,
Врываясь в их порт через минный
редут,
Глубинные бомбы по корпусу
били…
Железо сдает, но бойцы не
сдадут!

Песня была
разучена ансамблем флотской
самодеятельности. Ею готовились
встретить подводников М-172 из
победного похода. Но…
"Малютка" на базу не вернулась.
Погиб 19 сентября 1944 года в боевом
походе и автор песни — капитан 2
ранга И.И. Фисанович. О нем
сохраняют самые теплые
воспоминания живущие в Иркутске
ветераны Северного флота, в
частности, старейший дирижер
нашего симфонического оркестра
Игорь Соколов.

В
заключительной операции наших
войск в Заполярье приняла участие
114-я стрелковая дивизия, уже
получившая наименование Свирской.
Как известно, она была сформирована
в основном из жителей нашей
области. Среди них служил
командиром орудия в 363-м стрелковом
полку и старший сержант Михаил
Афанасьевич Золотовский. У
Киркенеса нашу наступающую пехоту
прижал к земле своим огнем немецкий
дот, сооруженный в скале. Из-за него
и захлебывалась атака за атакой.
Комполка, жалея людей, вызывает
огонь дивизионной артиллерии.
Тяжелые снаряды рвутся вокруг
этого дота, поднимая вверх массу
скальных осколков. Но дот остается
неуязвим. Бомбят штурмовики,
фыркают эрэсами, а все
безрезультатно. Стоит атакующим
подняться — навстречу — кинжальный
огонь немецких пулеметов.

И тут в дело
вступил расчет Золотовского.
Прикрываясь орудийным щитком,
бойцы подкатили орудие поближе к
доту. Дорогу им подсказал Михаил
Афанасьевич, который укрывался за
камнями. Наконец — орудие на прямой
наводке, до дота всего метров
семьдесят. Они открывают огонь.
Третий снаряд попадает прямо в
амбразуру. Пехота врывается на
окраину Киркенеса.

Подводя
итоги боев в Заполярье, газета
"Правда" писала 6 декабря 1944
года: "Героическая защита
Заполярья войдет в историю нашего
народа как одна из самых ярких,
самых запоминающихся страниц.
Здесь враг был остановлен осенью 1941
года. Здесь находится участок, где
врагу в течение всей войны не
удалось перешагнуть линию нашей
государственной границы".

Как дань
мужеству и отваге тех, кто сражался
и погиб смертью храбрых в жестоких
боях с врагом, в Мурманске сооружен
монумент. На крутой каменистой
сопке видный со всех концов города
и с залива, по которому идут в порт
корабли, стоит 30-метровый воин в
каске и плащ-палатке, с автоматом за
плечом, изваянный из специального
водостойкого бетона. Он как бы
несет неустанный дозор на северной
границе Отчизны. Таким и запечатлел
его художник Анатолий Михайлов.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер