издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Малый бизнес: войти в авангард или скрыться в тени?

Малый
бизнес: войти в авангард или
скрыться в тени?

Ирина
ОВСЯННИКОВА,
областной комитет статистики

Малый
бизнес в Приангарье представляют 14
тысяч субъектов хозяйствования,
многие из них находятся "в
спячке", ожидая лучших времен, а
реально работают лишь более 6 тысяч
предприятий. Главным их поприщем
является торговля. Однако немалая
часть представителей этого сектора
экономики (17%) занимается вполне
серьезным делом, выпуская
промышленную продукцию, каждый
месяц — на сумму более 400 млн.
рублей.

Проблемы
современной экономики, характерные
для всех отраслей, хорошо знакомы и
малым предприятиям. Как им удается
справляться с возникающими
трудностями, какими видятся
перспективы и что мешает росту?
Соответствует ли масштаб
препятствий размеру предприятий, и
очень ли похож малый бизнес на
"старшего брата"? За ответом на
эти и другие вопросы обратимся к
материалам обследования деловой
активности малых промышленных
предприятий.

Малая
индустрия дает рабочие места 18
тысячам человек, при этом
численность работников на одном
предприятии колеблется от
единственной штатной единицы до 99
человек. В этой штатной скромности
— главное отличие "младшего
братишки" от крупных и средних
предприятий. Выгодно отличает
младших также их гибкость, умение
своевременно улавливать изменение
спроса и оперативно реагировать на
ситуацию. В течение второго
квартала, например, 3%
представителей малой индустрии
изменили вид деятельности, а для 5%
предприятий это возможно в
ближайшее время. К такому
кардинальному решению
подталкивают недостаток
финансовых средств и трудности в
приобретении сырья и материалов. В
какой-то мере сказывается и
давление соперников — собратьев по
бизнесу. Хотя многие на конкуренцию
не жалуются, только 15% опрошенных
руководителей считают ее
сдерживающим фактором. Это одно из
самых незначительных препятствий
на пути развития, меньше претензий
— лишь к нормативно-правовой базе
(отметили 13% респондентов) и ставкам
коммерческих кредитов (10%). Гораздо
большее зло представляют из себя
неплатежеспособность заказчиков,
изношенность оборудования, общая
экономическая и политическая
нестабильность и недостаточный
спрос (18—25% ответов). Заметим, что
крупные предприятия от этого
страдают чаще. Главным же
ограничителем роста, несмотря на
некоторые прогрессивные изменения
налогового законодательства,
по-прежнему является высокий
уровень налогообложения, на это
сетуют 42% респондентов.

Однако не все
так безнадежно. Около половины (45%)
руководителей не склонны искать
виноватых, считая, что ограничений
нет. И это — лучший показатель из
всей массы цифр, полученных в ходе
обследования.

Впрочем,
розовые очки лучше сразу снять.
Оценка отдельных сторон
деятельности малых предприятий
порой более пессимистична, чем в
анкетах, заполняемых руководством
крупных производств. Вот один из
примеров расхождения во мнениях. В
то время, как "старший брат"
отмечает рост производства и
спроса на продукцию, малый
промышленный бизнес отмечает
снижение и видит столь же
нерадужную перспективу. Из
обследованных малых предприятий 17%
в апреле — июне текущего года уже
сократили число работников, но
данный процесс был неадекватен
снижению выпуска продукции,
отставая от него. В ближайшее время
руководители намерены устранить
это "упущение", каждый третий
собирается расстаться с частью
персонала, причем не всегда это
продиктовано снижением объема
работ.

Обеспечить
стабильность производства удается
не всегда. В течение квартала не
было недели, когда бы малый бизнес
работал дружно и без потерь, в любое
время простаивали от 8 до 15
предприятий. Так что об эффективном
использовании производственного
потенциала говорить не приходится,
27% предприятий загружают имеющиеся
мощности не более чем на треть. А на
другом полюсе, где оборудование
эксплуатировалось практически в
полную меру, — чуть меньше
предприятий (23%).

Желанную
стабильность и уверенность в
будущем мог бы обеспечить солидный
портфель заказов, гарантирующий
сбыт всего, что рождается в малом
производстве. Пожалуй, более
привлекательным можно считать
положение бизнесменов, чьим
партнером выступают
государственные структуры. Но
такое счастье выпадает не многим, и
отбор претендентов, как правило,
осуществляется на конкурсной
основе. В апреле — июне, например,
только 2% малых предприятий
выполняли государственный заказ.
Более половины (57%) предприятий не
имеют заказов даже на месяц, около
трети обеспечены ими на 1—3 месяца, и
лишь 12% располагают надежным
фронтом работ более чем на полгода.
Тем не менее 60% малых предприятий
считают нормальным уровень
заказов. Видимо, такой ритм работы,
"с колес", давно стал обычным
явлением.

Одной из
причин неритмичной работы является
"материальная" проблема. На
каждом третьем предприятии к
середине года запасы сырья и
материалов сократились и являются
недостаточными, а в перспективе —
дальнейшее снижение.
Соответственно снижаются и запасы
готовой продукции, реализация
которой могла бы поправить
финансовое положение. Пока
положительных изменений по этой
части не произошло. Правда,
ожидается, что тенденция к снижению
собственных финансовых средств
изменится на противоположную.

Но и сейчас
по финансовой части кое-что
меняется к лучшему. Слегка ослаб
гордиев узел неплатежей, к тому же
руководящий корпус малого
промышленного бизнеса
рассчитывает на продолжение этого
процесса. Ожидается также
некоторое увеличение прибыли и
снижение убытков. Мнение по этому
вопросу совпадает с оценкой
руководства крупных предприятий,
что лишний раз подтверждает
взаимосвязь всего происходящего в
экономике.

Известно, что
финансовый результат зависит не
только от штук, тонн и других
натурально-вещественных
измерителей производства
продукции, но и от такой
непостоянной составляющей, как
цена. Для нее, в отличие от других
показателей, весьма характерен
рост. Из числа опрошенных
руководителей 22% отметили
повышение цен на сырье и материалы,
а последующего роста ждут 12%
респондентов. Возросшие в связи с
этим затраты, к счастью, не всегда
находят отражение в цене конечного
продукта: увеличение цен на
реализуемую продукцию показали
соответственно 15 и 7% руководителей.

Цивилизованный
безналичный расчет через банк,
похоже, многие бизнесмены считают
лишней морокой или
непозволительной роскошью. Малый
бизнес предпочитает держаться в
тени и не всегда прибегает к
услугам банков. По крайней мере,
большинство (82%) опрошенных
признало факт существования
пресловутой "налички", и
сворачиваться, по их мнению,
наличный оборот не будет. Еще одно
уродливое явление нашей экономики
— бартер — втрое менее популярно и
предполагается его постепенное
вытеснение из деловых отношений.

При всех
трудностях большинство (87%)
руководителей удовлетворены
экономической ситуацией на
предприятии, 2% считают ее
благоприятной, а 10% придерживаются
противоположного мнения. И этот
расклад практически совпадает с
тем, что думают на сей счет
командиры крупных производств. В
оценке происшедших и грядущих
перемен экономической ситуации
число руководителей, склонных
видеть негативные стороны,
остается неизменным (те же 10%).

Стратегических
планов развития подавляющее
большинство представителей малого
бизнеса не строит. Следствие ли это
всеобщей нестабильности и
неуверенности, долгого сидения на
голодном финансовом пайке или
просто старая привычка жить одним
днем, без дальнего прицела и в
пожарном порядке решать
возникающие проблемы? Лишь 3% малых
предприятий осуществляли
инвестиции, вкладывая деньги в
будущее развитие. И столько же
предприятий, представляющих
авангард малого бизнеса, с думой о
завтрашнем дне занимались
инновационной деятельностью, встав
на путь совершенствования
производства, внедрения
современных технологий или
освоения выпуска новой продукции.
Расширение авангардных рядов,
жизнеспособность малого бизнеса
или его уход "в тень" зависят
от экономической политики
государства. Похоже, возобладал,
наконец, здравый смысл, по крайней
мере, налоговая удавка несколько
ослабла. И это вселяют надежду.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер