издательская группа
Восточно-Сибирская правда

На языке запросов

Депутатский корпус и руководство Корпорации развития Иркутской области не могут договориться о том, как эффективно управлять средствами КРИО. «Репутация корпорации уже такова, что её нельзя уронить. Настолько она далека от положительной» – таково мнение вице-спикера Законодательного Собрания Иркутской области Андрея Лабыгина. «Признать инвестиционную деятельность, осуществляемую АО «Корпорация развития Иркутской области», не отвечающей принципам открытости и доступности» – а это цитата из постановления сессии депутатов ЗС от 20 декабря.

 

Качество работы появившегося с благословения депутатов Законодательного Собрания в 2014 году АО «Корпорация развития Иркутской области» (КРИО) на протяжении последних лет является предметом жарких споров. Именно парламентарии принимали решение о передаче без малого 2 млрд рублей из регионального бюджета в уставный капитал корпорации. Эти средства должны были пойти в реальный сектор экономики региона в виде займов на реализацию инвестиционных проектов. Каждый отчёт о деятельности корпорации в парламенте приобретает характер скандала. Не стала исключением и последняя в 2017 году сессия ЗС.

Поводом рассмотрения деятельности КРИО 20 декабря стал запрос депутата ЗС Анастасии Егоровой. Она указывала на отсутствие правового акта, который регламентирует порядок распределения средств корпорации, а также на необходимость исключения из числа соучредителей Фонда микрокредитования Иркутской области двух частных структур.

Нормы действуют локально

По словам министра экономического развития Иркутской области Евгения Орачевского, порядок расходования средств корпорацией регулируется Уставом, положением о совете директоров и регламентом сопровождения инвестиционных проектов. «Вместе с этим минэкономразвития реализует инициативу, в соответствии с которой мы закрепим критерии советом директоров и дополним», – рассказал министр. В частности, планируется ограничить максимальное участие в проекте в объёме не более 20% от величины капитала КРИО. С учётом капитализации корпорации – 2 млрд рублей – эта сумма составляет 400 млн, уточнил Орачевский.

– Процентная ставка, по которой предоставляются займы, не должна быть ниже ключевой ставки ЦБ. Она снижается и составляет сейчас 7,75%. Есть информация, что она снизится до 6,5%.

Но в дальнейшем предусмотрят возможность дифференциации процентной ставки при выдаче займа корпорацией. Пониженная ставка будет установлена для приоритетных отраслей и проектов с длительными сроками окупаемости.

 

Ставка также будет зависеть от доли собственных средств в проекте, от объёма, качества и ликвидности залогового обеспечения. «Планируется учитывать такой показатель, как риск», – заметил министр. Процентная ставка будет снижаться для проектов, которые предполагают любую из форм госучастия. А доля собственных средств заявителя не должна быть меньше 20% от объёма финансирования проекта. Этот локальный нормативный документ, касающийся деятельности совета директоров, будет подготовлен в срок до 1 марта 2018 года, обещал Евгений Орачевский.

Документ ещё не принят, а нормы уже действуют, выяснилось в ходе сессии. В частности, это относится к проекту производства по корейской технологии диабетических тест-полосок и глюкометров, который был назван генеральным директором КРИО Олегом Севрюковым «одним из самых интересных и прорывных» среди тех, что сейчас реализует корпорация. Себестоимость полосок, по словам Севрюкова, будет ниже, чем у аналогов, на 25–50%, а предприятие может занять до 10% рынка. Проект, требующий вложений в сумме 173 млн рублей, уже одобрен инвестиционным советом при губернаторе, и КРИО планирует войти в его уставный капитал.

– Прорывной проект, на который все ссылаются, далёк от реальных договорённостей, – заявил вице-спикер ЗС Андрей Лабыгин. – Потому что руководство КРИО требует какие-то дополнительные гарантии для того, чтобы, с его точки зрения, не нанести ущерб Иркутской области. Ставка для одних – 7% годовых, для других – 12%, и ещё какие-то сверху требования возникают.

Добровольно не выйдут

По словам Орачевского, у ООО «Максимакс» и ООО «Сетьэнергопром» нет намерения добровольно выходить из состава учредителей Фонда микрокредитования Иркутской области. И он сослался на письмо, направленное двумя частными совладельцами фонда на имя вице-премьера правительства Антона Логашова. «Избавиться от них можно лишь в случае ликвидации юридического лица, но у правительства и минэкономразвития нет претензий к работе этого института развития», – заявил министр. И добавил, что портфель займов фонда составляет 250 млн рублей.

Однако претензии нашлись у автора запроса Анастасии Егоровой:

– Микрофинансовые организации Иркутского района и других районов принимают решения о выдаче кредитов за два дня. Вчера я лично поехала в МФЦ Иркутска (нам рассказывали, что вся область будет получать помощь через МФЦ). Итог такой: сначала предприниматель должен написать заявление, по которому фонд три дня будет проверять его на состоятельность, возможность выдать ему кредит. Потом ещё 13 дней будет рассматриваться это заявление. И позже с этим заявителем свяжутся лично. Если человек из Братска пошлёт даже через МФЦ данные, ему придётся для заключения кредитного договора приезжать в Иркутск. Соответственно, уже с этой точки зрения – 2 дня и 16 дней – ни о какой эффективности здесь речи быть не может. Как мне потом сказали, никто за такой услугой в МФЦ не обращается.

По словам Егоровой, в России не существует ни одного регионального фонда микрокредитования с частными структурами. «Есть фонд в Брянске. Он создан в виде акционерного общества, и там одна из структур – сельхозинститут, который, заходя в фонд, сделал пропорциональный взнос», – подчеркнула депутат.

– Я понимаю желание выгородить и сохранить, по сути, частный карманный банк, созданный Яной Алексеевной Шевченко (ранее возглавляла ООО «Максимакс», генеральный директор Агентства инвестиционного развития Иркутской области. – Авт.), родственники которой вхожи в этот финансовый институт. Я прошу с учётом заключения КСП и письма прокуратуры, где чётко сказано, что корпорация не имела права деньги перечислять и создавать некоммерческую организацию, создать новый фонд. Везде министерства экономического развития занимаются этой деятельностью. Всё это чисто и прозрачно. Соответственно, можно будет наладить помощь для всех предпринимателей Иркутской области, а не только для предпринимателей, работающих в ангарском технопарке, который является предприятием Яны Алексеевны Шевченко.

«Буду писать запросы»

В своём эмоциональном выступлении Егорова заметила, что вопрос о существовании Агентства инвестиционного развития, которое дублирует функции минэкономразвития, как указала прокуратура, также не решён. «Буду писать дополнительные запросы, – обещала она. – Если к 1 марта вопрос по фонду не будет решён, не будет создана прозрачная государственная структура, я буду писать в Генпрокуратуру. Потому что такое безобразие, кроме как в Иркутской области, нигде больше не творится».

Запросом пригрозил и председатель ЗС Сергей Брилка, после того как депутат Сергей Бабкин поинтересовался, почему увеличились операционные расходы ООО «Разрез Велистовский» (95% акций принадлежит КРИО) и с какой целью там была введена должность президента компании. Олег Севрюков на вопрос не ответил (хотя глава аппарата ЗС Дмитрий Авдеев и предупредил, что «депутат имеет право обращаться за получением информации в любую организацию на территории Иркутской области, при непредоставлении информации существует юридическая ответственность»).

Глава комиссии по контрольной деятельности Геннадий Нестерович тоже пообещал вернуться к вопросу КРИО, но уже после претензий руководства КРИО в адрес заключения Контрольно-счётной палаты Иркутской области. «Затраты КРИО – 31 миллион рублей, прибыль – в размере 170 миллионов. А по данным КСП, затраты – 138 миллионов, прибыль – 63 миллиона. При этом дивиденды по результатам работы КРИО в 2016 году – 85 миллионов. Даже больше той величины, которую КСП в своём отчёте показала. Поскольку данные проверки были опубличены, было заявлено, что нарушены федеральное и региональное законодательства. Тем самым нанесён ущерб деловой репутации КРИО и, естественно, Иркутской области».

– Репутация корпорации, по крайней мере, уже такова, что её нельзя уронить, – заметил позже Андрей Лабыгин. – Настолько она далека от положительной. Об этом говорит история функционирования данной организации: нам демонстрируют итоги работы в 2017 году и в один ряд с тем, что мы на самом деле видели в Братске, где строится филиал диагностического центра, ставят завод по производству тест-полосок, по которому нет окончательных договорённостей. Безусловно, я подпишусь под обращением, которое Сергей Иванович (Бабкин. – Авт.) и Сергей Фатеевич (Брилка. – Авт.) будут делать. Сам запрошу, я понял, что здесь нужно на языке бумаг говорить.

В результате инвестиционная деятельность, осуществляемая АО «Корпорация развития Иркутской области», признана депутатами не отвечающей принципам открытости и доступности. Правительству Иркутской области в срок до 1 марта рекомендовано принять меры по выводу из состава учредителей Фонда микрокредитования компаний ООО «Максимакс» и ООО «Сетьэнергопром» либо рассмотреть вопрос о ликвидации фонда и создании иного юридического лица без участия коммерческих организаций.

Справка

За время своего существования КРИО выступила учредителем восьми юридических лиц. И если в 2014 году у корпорации было всего две «дочки» – ООО «Разрез «Велистовский» и ООО «Единый рассчётно-кассовый центр» (находится в стадии ликвидации), а 30 сентября 2015 добавилась третья – АО «ОЭЗ «Иркутск», то за последние два года к ним добавились АНО «Агентство инвестиционного развития Иркутской области», Фонд поддержки предпринимательства Иркутской области, микрокредитная компания «Фонд микрокредитования Иркутской области», АО «ИркутскАэроИнвест», Фонд развития промышленности Иркутской области.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер