издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Обманутыми не считаются

В прошлую пятницу Свердловский суд Иркутска вынес решение по делу Евгения Кузнецова, который прославился незаконными постройками в областном центре. Суд приговорил печально известного бизнесмена к трём годам лишения свободы условно. Господина Кузнецова признали виновным в причинении ущерба дольщикам на сумму более 50 миллионов рублей, но не назначили ему даже штрафа. Однако, несмотря на решение суда, который признал самовольно построенный многоквартирный жилой дом опасным для проживания и принял решение постройку снести, сами пострадавшие выступают в защиту Кузнецова. Прояснить эту феноменальную ситуацию пыталась корреспондент «Сибирского энергетика» Елена Постнова, отправившаяся по фигурировавшему в деле адресу: Иркутск, Бородина, 45.

Семиэтажный  призрак

Этот дом виден издалека: среди трёхэтажных построек советских времён жилой дом в семь этажей с ярко-зелёной крышей заметен сразу. Но чем ближе подходишь к новостройке, тем отчётливее видны недоделанные балконы, прикрытые каким-то материалом вместо стёкол окна, вокруг дома гравий, по которому достаточно сложно передвигаться. Во дворе стоит специфический запах канализации: выгребная яма прикрыты фанерными листами. Ни о какой детской площадке и благоустроенной территории и речи нет. Несмотря на всё это, в самом доме жизнь кипит. Из окон слышится смех, на бельевых верёвках сушатся детские вещи, под окнами стоят автомобили.

Дом по адресу: Бородина, 45, известен на всю округу. «У них нет ни воды, ни тепла, ни канализации. Как они живут, не знаю. Мой балкон как раз на этот дом выходит, замечаю, что там даже с детьми маленькими живут», – рассказала жительница соседнего дома Любовь Прокопьевна. 

История многострадального дома на Бородина, 45, началась в 2009 году. Более четырёх десятков семей решили приобрести здесь жильё, взяли кредиты, оформили документы и связали себя с Евгением Кузнецовым. Он, как генеральный директор и совладелец компании-застройщика ООО «Российский Деловой Мир», пообещал, что в ближайшее время десятки людей смогут улучшить свои жилищные условия и станут владельцами новых благоустроенных квартир в уютном районе города. Уже два года дом заселён, но живут в нём люди без элементарных коммунальных условий, двор похож на незавершённую строительную площадку. 

– Моя мама продала двухкомнатную квартиру, взяла в банке потребительский кредит. На эти средства купила две квартиры в строящемся доме на Бородина, 45. В однокомнатной поселилась сама, двухкомнатную отдала нам с мужем и ребёнком, – вспоминает, как всё начиналось, Татьяна Стрижкова. 

На начальных стадиях строительства никаких проблем не было. Будущие владельцы заветных квартир постоянно встречались с господином Кузнецовым, следили за тем, как возводится их дом.  Некоторые жильцы подписывали все документы только в присутствии юристов.

– Когда мы заключали договор долевого строительства, видели документы на дом. Все они были с синими печатями. Ладно, мы не юристы, могли не заметить махинаций, но квартиры в этом доме покупали и те, кто в этом разбирается, люди с юристами приходили заключать договоры, – добавляет Татьяна. Только через год дольщики узнали, что семиэтажный дом должен появиться на территории, предназначенной  для частной застройки. Жильцы поняли, что живут они фактически в доме-невидимке. Ни в одном реестре многоквартирный дом на Бородина, 45, не числится. «Выходит, что документы, которые нам показывали, были поддельные? Тогда возникает вопрос: откуда взялись синие печати администрации, КУМИ, например? Удивительно, но, пока дом возводился, на него никто внимания не обращал, а когда мы заселились, вдруг и комиссии появились, и документы пропали», – рассуждает жительница дома. 

Опасный кот в мешке

Какие документы предъявлял покупателям Кузнецов, остаётся загадкой. На руках его клиентов остались только копии, оригиналы считаются утерянными или даже никогда не существовавшими. Люди пытались обращаться в администрацию за разъяснением. По факту дом есть, а по документам – нет. Именно из-за этого невозможно провести воду в квартиры, сделать канализацию, подключить здание к отоплению, оформить прописку. Электричество – вот единственное благо, которое имеется в доме. И то лишь потому, что получилось договориться с электросбытовой компанией. 

Большинство жильцов пока живут обещаниями застеклить балконы

– Нам дали понять, что во всём мы виноваты сами в силу собственной юридической безграмотности и абсолютного невежества.  Покупали мы якобы кота в мешке, не следили за документами, которые подписываем. В Стройнадзоре нам пояснили, что, раз документов на дом не было, мы даже не можем считаться обманутыми дольщиками, – присоединился к разговору муж Татьяны Алексей Стрижков. 

Построенное в рекордные сроки здание не только не имеет документов, но и, по заключению специалистов, несёт прямую угрозу жителям, а также окрестным строениям. Многоэтажный дом возведён в сейсмоопасной зоне, к тому же при строительстве были нарушены технологии. «Указанный дом был построен недобросовестным застройщиком с нарушением существующих строительных и противопожарных норм и правил, что нашло своё подтверждение при проведении строительно-технической экспертизы, назначенной в ходе рассмотрения гражданского дела», – сообщается на сайте областной прокуратуры. 

По словам жителей дома, верить данным экспертизы нельзя. Она якобы проводилась проверяющими лишь визуально, на осмотре внешнего вида дома. Комиссия якобы не попала даже в подъезд. Но в итоге прошлым летом Свердловский суд Иркутска удовлетворил иск городской прокуратуры и вынес решение о сносе опасного здания. Дольщики обратились в другое экспертное бюро и провели более глубокое, инструментальное исследование.  

– Мы всем домом очень долго собирали деньги. Сумма нужна была огромная – в общей сложности 800 тысяч рублей. Скидывались исходя из количества квадратных метров. Некоторые семьи даже брали кредиты, чтобы внести свою долю в оплату экспертизы. Заключение экспертов было совсем другое, чем нам выдвигали. Но анализ длился долго, со сроками мы опоздали. Решение о сносе уже было принято, и в ноябре нам отказали в рассмотрении дела по вновь выявленным обстоятельствам, – рассказывает Татьяна.

Коммуна за свой счёт

«Нам дали понять, что во всём мы виноваты сами», – говорит женщина

Во дворе многострадального дома сиротливо стоит самодельная песочница, рядом с ней – большой деревянный стол и скамейки, в углу – мангал. Вот и всё нехитрое дворовое оснащение. Его самостоятельно сделали сами жильцы. Как герои добрых советских фильмов, они в выходные собираются всем домом, жарят шашлыки, пока дети во-зятся в песочнице. 

– Нас уже коммуной окрестили. Очень сложная ситуация, мы сразу все объединились – то ли перед лицом закона, то ли перед лицом абсурда, – с грустной улыбкой добавляет Татьяна.

За свой счёт жильцы сделали крыльцо, утеплили подъезд. Балконы застеклены только в нескольких квартирах. Остальным, объясняют наши собеседники, Кузнецов просто не успел установить остекление. Семья Стрижковых не может позволить  себе самостоятельно застеклить балкон. Чтобы уберечь его от морозов и влаги, вместо стёкол установили пластмассовые листы. Тепло в доме на вес золота. Отопления нет, для обогрева комнат используются электрические приборы. Зимой окна и двери занавешиваются шерстяными одеялами. 

– Мы уже ко многому приноровились. Единственное, чего очень не хватает, – это воды. По требованию прокуратуры в доме отключили воду и обрезали канализацию. Есть выгребная яма, но для её обслуживания приходится каждую неделю вызывать ассенизатора. – Алексей показывает яму, прикрытую фанерным листом. Зимой под домом стоят тепловые пушки, они не дают трубам, по которым стекает вода, перемёрзнуть. 

Удивительно, но в таких спартанских условиях молодые семьи рожают детей. Маленькой Насте ещё нет и года. Она весело пускает пузыри на руках у Татьяны, вокруг бегает её пятилетний брат. Воду жильцы дома привозят из Ангары, иногда берут её в соседних домах. Раньше недалеко от дома работала водоразборная колонка. 

– Пытаемся попасть на приём к губернатору, но пока нам приходят официальные письма с отказом. У нас получилось встретиться с Виктором Кондрашовым, он пообещал, что в рамках закона вопрос с водой решится. Совпадение это или нет, но в тот же день перестала работать колонка, из которой мы всем домом набирали воду, – делится Татьяна.

В не существующем официально здании проживают семьи с маленькими детьми, девять инвалидов, пожилые люди. Прошлой зимой через несколько дней после очередного скандального собрания от сердечного приступа  скончалась одна из жительниц.

Бородинский синдром

Проблемы дома по Бородина, 45 видны издалека

Не найдя каких-либо оснований для того, чтобы эксплуатировать незаконно возведённый дом, Свердловский районный суд Иркутска вынес решение о сносе дома на Бородина, 45. Его законность в кассационном порядке проверила судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда, которая не нашла оснований для его отмены и оставила все поданные жалобы без удовлетворения. Решение суда вступило в законную силу. Прокуратура города уже направила в суд заявление о получении соответствующего исполнительного листа.

Впрочем, сами жильцы не торопятся освобождать дом. Они считают его полностью пригодным для жизни. Самого господина Кузнецова ни в чём не винят. По их мнению, он дольщиков не обманул, единственная его ошибка – не выполнил все формальные процедуры оформления дома в срок. Евгения Кузнецова признали виновным в причинении имущественного ущерба путём обмана или злоупотребления доверием, а также в самоуправстве при строительстве домов на улицах Бородина, 54, и Багратиона, 44. Тем не менее до заключения дело так и не дошло: Кузнецову дали условный срок. Несмотря на то что предприниматель нанёс гражданам ущерб на сумму более 50 млн. рублей, суд даже не назначил ему штрафа. Более того, вопреки требованиям гособвинителя, Кузнецову не запретили заниматься гражданским и промышленным строительством.

Жильцы почему-то уверены: если дом не снесут, Кузнецов выполнит свои обещания и доведёт здание до ума. Согласно экспертизе, которая проводилась за счёт дольщиков, все нарушения в здании можно исправить путём реконструкции и ремонта. Существуют два варианта: укрепление конструкции дома или снос двух верхних этажей.

– Знаем, что качество дома не угрожает ни здоровью, ни жизни. Даже землетрясение в нём не чувствовалось, хотя из соседних домов люди выбегали в страхе на улицу. Мы никаких волнений не ощущали. Допущенные при строительстве недочёты можно исправить. Возникает вопрос: зачем тратить деньги на снос многоэтажки, выгонять жильцов на улицу, ведь у нас ничего больше нет? Можно потратить эти же средства на реконструкцию здания, – добавила напоследок Татьяна Стрижкова.

В Иркутске в этом году началась активная работа по сносу незаконно построенных зданий. Так, с начала года уже снесли три, на подходе ещё четыре. Кроме того, есть судебные решения о сносе по 18 объектам, а ещё по 53 «самоволкам» администрация Иркутска ведёт претензионно-исковую работу. В то, что дом на Бородина, 45, помилуют, верится мало. Недавно по аналогичному решению снесли только что возведённый многоквартирный дом в Казани. 

В подготовке текста участвовала Екатерина АРБУЗОВА

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер