издательская группа
Восточно-Сибирская правда

«Отношения становятся проще»

  • По городу гуляли:  Анна ПАВЛОВА и Дмитрий ДМИТРИЕВ

«Иркутск – красивый исторический город», который генконсул Польши в столице Приангарья Марек Зелиньский мечтает подружить с таким же городом в Польше. Здесь он живёт и работает с 2011 года. За это время, по мнению консула, обоюдный интерес между поляками и русскими увеличился – растёт туристический поток, число официальных делегаций, желающих развивать партнёрские отношения с Иркутском. Тем не менее в 2015 году консульство Польши поменяет место дислокации – переедет из Иркутска в Новосибирск. О том, с чем это связано, дипломат рассказал корреспондентам «Сибирского энергетика» во время очередных «Прогулок по городу».

«Отношения становятся проще»

«Иркутск – красивый исторический город», который генконсул Польши в столице Приангарья Марек Зелиньский мечтает подружить с таким же городом в Польше. Здесь он живёт и работает с 2011 года. За это время, по мнению консула, обоюдный интерес между поляками и русскими увеличился – растёт туристический поток, число официальных делегаций, желающих развивать партнёрские отношения с Иркутском. Тем не менее в 2015 году консульство Польши поменяет место дислокации – переедет из Иркутска в Новосибирск. О том, с чем это связано, дипломат рассказал корреспондентам «Сибирского энергетика» во время очередных «Прогулок по городу».

– В Иркутске консульство было создано в 2001 году. Я же приступил к работе здесь в 2011-м. Это для меня второй в России город, где живу, до этого работал в Москве.

Мне кажется, что за время моей работы у нас сложились неплохие отношения с Виктором Ивановичем Кондрашовым и Сергеем Владимировичем Ерощенко: нас приглашают на мероприятия, мы на них откликаемся, стараемся развивать отношения Иркутска с другими регионами Польши. Так, например, у меня есть планы наладить партнёрские отношения Иркутска с городом на северо-востоке Польши, на границе с Белоруссией, – Белостоком. Он также старинный и красивый, с богатой историей, но в то же время похож на Иркутск сегодняшний – те же самые вузы, хорошего уровня медицинский университет. И главное, что город заинтересован в сотрудничестве. В Белостоке сейчас создаётся музей Сибири – на этот проект уже выделены деньги. Он контактирует с вашими краеведческим, историческим музеями, которые помогают в работе над проектом.

Президент города несколько лет назад был в Иркутске с официальным визитом, и ему очень понравилось у вас. В столице Приангарья, насколько мне известно, тоже думают об этом сотрудничестве, надеюсь, что обе стороны смогут наладить партнёрские отношения.

– Среди наших коллег много тех, кто любит путешествовать, поэтому не можем не поинтересоваться о решении, озвученном вами в 2013 году, – закрыть польское консульство в Иркутске. Как вы прокомментируете его? 

– Это действительно так. Консульство будет заниматься той же территорией – Сибирью и Дальним Востоком, но уже находясь в другом городе, Новосибирске. Однако откровенно скажу: произойдёт это не быстро – не ранее следующего года.

Формальная сторона этого дела является компетенцией нашего посольства в Москве. Ещё в 2013 году в ноябре оно направило дипломатическую ноту в МИД РФ, чтобы согласовать перенос консульства из Иркутска в Новосибирск. Пока ответа нет – тема обсуждается с разными субъектами РФ, которые находятся в зоне нашей ответственности, то есть получают визы через нас.

Есть несколько причин, по которым мы приняли это решение. Первая связана с тем, что у консульства расширились территориальные полномочия. Раньше наш консульский округ был ограничен до пяти субъектов – Иркутск, Забайкалье, Бурятия, Красноярский край, Тува. С апреля 2012 года Москва отдала нам Дальний Восток и остальную часть Сибири. 

Транспортная связь из Иркутска с этими новыми субъектами достаточно сложная. Кемеровская, Томская области, Алтайский край – прямых авиарейсов туда нет, по железной дороге напрямую тоже добраться можно не во все регионы. Оказалось, что проще всего это сделать через Новосибирск.

Вторая причина для нас тоже существенна. В Иркутске консульство работает с 2001 года, но в течение этих уже практически 13 лет, когда сменилось несколько дипломатов, ни одному из них (я тоже не исключение) не удалось добиться от городских и региональных властей получения отдельного помещения. Конечно, место, где мы находимся, хорошее – в центре города, но оно слишком маленькое для нас – всего несколько кабинетов, ютятся они на этаже по соседству с различными фирмами, учреждениями, которые часто меняются. Поэтому почти никто не знает, какие люди сюда приходят, с какой целью. Между тем иностранные дипломатические учреждения всё-таки должны работать отдельно, в том числе и с точки зрения безопасности. Пока же получается, что полностью обеспечить безопасность нашего консульства МИД РФ не может.

Кроме того, мы не можем организовать какой-то официальный приём, встречу. Ведь единственный главный кабинет в консульстве – это мой собственный. Я в последние годы часто получаю заявки от студентов и молодых аспирантов из Польши, которые хотят пройти стажировку в Иркутске, но принять их не могу – негде создать рабочее место для нового человека, негде поставить компьютер.

В чём причины сложившейся ситуации, сказать сложно – никто не объяс­няет, для нас это странно. Ведь наш приезд несколько лет назад в Иркутск был согласован и с МИД РФ, и с региональными властями, но в итоге министерство не захотело купить здание под консульство Польши. Мы готовы были арендовать помещение, для этого даже в разумных пределах выделили средства на аренду. Вопрос пытались решить самостоятельно. Однако и это оказалось сложностью. Если мы находили помещения через агентства или кто-то его нам предлагал, то в самый последний момент сделка срывалась, нам отказывали. По каким причинам – не разъясняли, отвечали лишь: «Аренда не для вас». 

– А как вы сами относитесь к решению? Не жалко покидать Иркутск и начинать всё сначала в новом городе?

– Иркутск – красивый исторический город с хорошим прошлым, надеюсь, таким же будет и его будущее. Но с позиции польского посла в РФ (базируется в Москве) Новосибирск важнее – там есть администрация полпреда президента России, и сегодня этот город считается всё-таки столицей Сибирского федерального округа. Я особо не поддерживаю эту точку зрения, но и против неё выступать в такой ситуации, в какой мы оказались в Иркутске, не могу – у меня нет аргументов. Что-то мешает решать нашу проблему. Вы­я­с­­­нять, что именно, уже не моя компетенция. Не знаю, как будет в Новосибирске, но есть надежда, что там предоставят другие условия для работы.

Если я останусь на следующий срок своих консульских полномочий, то постараюсь, чтобы у жителей Иркутска, Забайкалья и Бурятии всё-таки не возникало сложностей с получением виз через Новосибирск. Тем более что визовый центр здесь, в Иркутске, останется. Поэтому думаю, что никаких проблем не будет.

– Однако растянутся сроки?

– Да, потому что вопрос будет решаться через Новосибирск. Но в любом случае это вопрос десяти дней, не более. Тем же иркутянам, кому потребуется по объективным причинам более оперативно решить вопрос по визе, мы сможем попробовать пойти навстречу – сделать документы за один-два дня.

– А вообще вы наблюдали тенденцию – увеличился ли интерес к Польше у россиян и у поляков, которые проживают в России? Растёт поток туристов?

– Не очень резко, но он увеличился. Когда я приехал в Иркутск, ситуация выглядела так: количество виз составляло примерно четыре тысячи в год, среди них почти половину оформляли граждане Монголии. Польша на тот момент закрыла своё посольство и консульство в Улан-Баторе, и жителями Монголии занималось наше посольство в Пекине. Для монголов было достаточно проблематично решать свои вопросы через Китай, поэтому многие из них получали документы через Иркутск.

В 2013 году в Польшу через нас получено было также четыре тысячи виз, но монгольских граждан там практически нет. Таким образом, поток российских граждан увеличился где-то на 30–40%. Думаю, что мы не дошли до предела: если лучше будут работать визовые центры в остальных городах Сибири, то поток туристов может возрасти. Возможно, увеличится он и тогда, когда мы переедем в Новосибирск.

Сколько людей прибывает сюда из Польши, своих точных статистических данных у нас нет, но, по информации иркутских властей, польские туристы, приезжающие в Байкальский регион, занимают по количеству 6-7 места среди прочих иностранцев.

У меня на этот счёт своё мнение. Всё-таки не всегда услуги здесь соответствуют уровню, который требуется иностранным туристам. Так, всего официально зафиксировано у вас где-то 70 тысяч интуристов, но это относительно небольшой показатель, учитывая потенциал Байкальского региона. Это говорит о том, что надо совершенствовать туристическую базу – гостиницы, хостелы для студентов, которые не в состоянии платить 200 евро за сутки. Транспортная база тоже пока оставляет желать лучшего. Я был в прошлом году первый раз на Ольхоне. Думаю, остров действительно жемчужина – не только для этой части России, но и для всего мира. Но доехать до Ольхона и потом стоять три-четыре часа в очереди на паромной переправе – это не каждому туристу по душе. К сожалению, и на самом Ольхоне практически ничего нет – нет заведений среднего уровня, где можно выпить кофе, нет даже туалетов.

– Просто путешествие на Ольхон – это немного другой вид туризма.

– Да, согласен, для молодых людей, путешествующих с рюкзаком, конечно, такие условия не проблема, не препятствие. Но туристическая база должна быть направлена и на тех, у кого есть деньги, кто сможет приносить доход для региона, – на людей, которым не 20, а 60 лет. Они, конечно же, нуждаются в других условиях.

– Разве в туристических городах Польши инфраструктурных, сервис­ных проблем сегодня нет?

– Там тоже многое надо улучшать, но всё-таки в Польше в несколько раз ниже цены на туристические услуги в сравнении с байкальской туристической зоной. Понятно, что те же гостиницы на Байкале работают только в летний сезон, очень короткий, а чтобы затраты на их строительство и содержание как-то оправдать, надо повышать цены на туристические услуги. Но если сделать зимний вид туризма, развивать зимние виды спорта, то получить можно уже совсем другой расчёт.

– Вы упомянули преимущества Новосибирска, в их числе экономическую составляющую. Но пока, если и говорить о существующем взаимодействии сибирской территории с Польшей, речь идёт только о культурной стороне, а не экономической. Реальных предложений об экономическом сотрудничестве от самой Польши нет.

– Думаю, одна из причин (не в обиду кому-то из моих предшественников будет сказано) заключается в том, что консульство не сильно работало по экономическому направлению. В прошлом году у нас появился новый специалист, он теперь занимается вопросами возможного экономического сотрудничества. В 2013-м состоялась первая за долгое время миссия: в Иркутск приезжали серьёзные бизнесмены, предприниматели – представители наших авиа­заводов, фармацевтических предприятий. Были интересные встречи с вашими профильными министерствами, с заместителем мэра Иркутска. Пока какие-либо контракты не подписаны, но о намерениях сторон взаимодействовать уже можно говорить. Так, один из предпринимателей всерьёз рассматривает вопрос о строительстве фармацевтического завода здесь, на территории Приангарья.

Но польские фирмы не такие крупные, как, например, немецкие, за которыми стоит мощная государственная поддержка. И наши бизнесмены берут на себя практически все риски – шесть тысяч километров расстояния, новые условия для ведения бизнеса и так далее. Если свои инвестиции вложит большая немецкая фирма, то, потеряв их, она сможет компенсировать убыток за счёт другого предприятия. Польские компании, потеряв эти инвестиции, фактически окажутся разорёнными. Поэтому, если наш предприниматель хочет сюда вложить свои деньги, он нуждается в каких-то гарантиях, поддержке, хотя бы минимальных. Понятно, что на 100%, конечно, никто застраховывать не будет – это бизнес, где риски неизбежны. Но, например, выделение участка, площадки под новое предприятие было бы хорошей поддержкой. Польский бизнесмен, как я понял, пока не уверен, что эта схема работает в Иркутске.

В 2014 году запланировано ещё несколько экономических миссий по Сибири. Так, одна из них пройдёт по Красноярску, Хакасии и Иркутску при поддержке Торгово-промышленной палаты Польши. Пул этой делегации пока только формируется. Во второй половине 2014 года наши частные предприятия, которые занимаются сельскохозяйственной техникой, также планируют посетить Байкальский регион. Я думаю, этот визит может быть успешным. Польша может быть неплохим партнёром, она всё-таки является сельскохозяйственной страной. Замечу, что все наши предприниматели приезжают за свой счёт, господдержка здесь небольшая, а это означает, что интерес у бизнеса к региону всё-таки есть.

В 2014 году мы хотим также организовать два визита в Польшу. Первый – привезти из Иркутска и других сибирских городов специалистов сельскохозяйственной отрасли на уровне политиков, представителей науки и предприятий. Из Польши на меня уже «давят» – наша страна готова принять делегацию, оплатить всё за свой счёт, включая транспортные расходы и проживание.

Если честно, я, конечно, не думаю, что Польша будет конкурентоспособна с тем, что вам предлагают Германия, Франция, Япония и Корея. Но по отдельным направлениям сельского хозяйства мы всё же можем конкурировать. В европейской части России нашего бизнеса не так уж и мало – в Подмосковье в ближайшее время откроется завод по производству продукции для отделки домов.

– То есть в Иркутске развивать бизнес, сотрудничество для вас сложнее, но желание всё-таки есть?

– В какой-то мере да. Я участвовал в Красноярском экономическом форуме, там эта тема озвучивалась многими. Были настоящие, нефальсифицированные дискуссии – видно, что люди переживают за свою территорию. Они отмечали, что для развития Сибири нужно создавать другие условия, может быть, и другую законодательную базу. Думаю, ваши власти прекрасно это понимают: развитие Сибири – это развитие не только России, но и на самом деле всей Азии и Европы. Таких богатств, как в Сибири, уже нет в Европе и Азии. От того, как вам удастся это сделать (освоить территорию. – Прим.), зависит будущее и многих других стран. В Сибири нужны инфраструктура, хорошие условия для жизни людей, чтобы они отсюда не бежали. И в российских программах по развитию Сибири, которые существуют, на мой взгляд, всё это есть в планах. Если удастся хотя бы часть из запланированного сделать, уже изменится многое.

Я понимаю, что для развития большой и сложной территории нужно много затрат, что это большая и сложная работа и что рассуждать на эту тему намного легче. Но положительные примеры есть – все видят успех, которого, например, достиг Китай. Эта большая страна с большими когда-то проблемами отставала во многом от нас всех. Ещё недавно она была одной из беднейших, но смогла сделать прорыв. Так же получилось и у Финляндии, которая сделала ставку на образовательные услуги высокого уровня.

Здесь хочу упомянуть и наш опыт. Несколько лет назад Польша присо­единилась к Евросоюзу, рынок труда оказался открыт для наших соотечественников – и, к сожалению, сотни тысяч людей ­уехали из Польши в Англию и другие европейские страны в поисках лучших условий для жизни. Для нашего правительства, для меня, как человека, работающего в администрации, это обидно. Это означает, что мы не создали оптимальных условий для людей. Но их понять можно – люди не будут жить и рожать детей там, где нет подходящих условий.

Марек Зелиньский: «Консульство будет заниматься той же территорией – Сибирью и Дальним Востоком, но уже в другом городе, Новосибирске»

– Так исторически произошло, что между Россией и Польшей складывались сложные, неоднозначные отношения. Как вы можете их охарактеризовать сегодня? 

– Сложности во взаимоотношениях были, как и в истории многих стран. Но сейчас на уровне населения, на уровне людей я не вижу каких-то серьёзных проблем. Особенно активно идут на контакт именно представители молодёжи наших стран, в какой-то мере это последствия того, что называется глобализацией. Есть, конечно, в этом проблема: что-то своё, национальное, мы можем потерять. Но есть и положительные моменты – сложные отношения между двумя странами становятся проще.

Для поляков Сибирь, конечно, ассоциируется со ссылкой, но в то же время многие ссыльные поляки именно здесь смогли построить карьеру, раскрыться как личности, общественные деятели, учёные. И таких примеров очень много.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер