издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Досрочная пенсия: как получить своё

Пенсионный фонд не жалеет денег на юристов, но в суде ему это не помогает

Кто сталкивался с необходимостью отстаивать свои пенсионные права, особенно когда это касается досрочной пенсии, тот знает, о чём идёт речь. В судебной практике граждане очень часто бодаются с ПФР, причём в большинстве случаев правда бывает на их стороне: иски удовлетворяются. Пенсионный фонд, мощнейшая организация с армией искушённых юристов, проигрывает такие дела в качестве ответчика и возмещает истцам судебные расходы. И это после констатации факта, что денег на пенсии в стране не хватает.

Наша газета периодически публикует материалы на эту тему. Проблема с пенсиями никуда не уходит, подогреваемая волной новых обращений в суд. В стенах ведомства любят повторять, что работают исключительно в жёстких рамках закона и тех нормативных документов, которые для него установлены. Но ведь и суды руководствуются в первую очередь фактами и доказательствами. Почему же тогда право выхода на досрочную страховую пенсию по старости при прочтении одних и тех же документов может одновременно быть и не быть? И что это за арифметика такая, когда сотрудники ПФР изымают из трудового стажа энное количество лет, а суд, разобравшись, возвращает драгоценное время в трудовую копилку?

Вот три решения Кировского районного суда Иркутска, согласно которым право на досрочную пенсию обрели медики. Такая профессиональная льгота им положена при достижении 30-летнего стажа в городе и 25-летнего – в сельской местности. Последние события с массовым вирусным заражением показали, насколько велики самоотдача этих людей, их стремление даже в опасных обстоятельствах выполнить свой долг. Общество благодарно им за это. Но получается, что за фасадом красивых слов никуда не делись судебные истории, когда человек в белом халате с мытарствами и унижениями выбивает положенную ему досрочную пенсию через суд.

А может быть, вы нежились в прохладе?

Когда подошёл срок получения досрочной страховой пенсии, Марина Комова (здесь и далее фамилии изменены) обратилась в Государственное управление Пенсионного фонда РФ в Октябрьском районе Иркутска. Там ей ответили: «У вас отсутствует требуемый стаж лечебной деятельности: 28 лет 7 месяцев вместо положенных 30 лет». Будущая пенсионерка расстроилась, поскольку по её расчётам всё сходилось чётко. Но в Пенсионном фонде руководствовались своей методикой. Период работы медсестрой в отделении анестезиологии-реанимации был засчитан ей почему-то в календарном исчислении, а по нормативным документам один год должен идти за полтора. Ещё в специальный стаж не вошёл период на курсах повышения квалификации. И здесь просто беда. В Пенсионном фонде упрямо не хотят включать в льготный стаж врачей и педагогов время учёбы, а ведь совершенствовать свои профессиональные знания им просто необходимо.

Справедливость восстанавливает суд. Ведь, как правило, на такие курсы отправляют по приказу руководства: выписывается командировка, сохраняется заработная плата, уплачиваются страховые взносы. Сами сотрудники фонда, кстати, не несущие персональной ответственности за проигрыши в судах, объясняют такое упрямство тем, что следуют букве закона. А именно: в нормативных документах выработка стажа связана с определённой психофизической нагрузкой. Поскольку во время учёбы медик не лечит, значит, у него такой нагрузки нет. И учёба – из стажа долой. Так что, по их мнению, проблема в действующем законодательстве. В него, полагают чиновники, нужно внести изменения. Пока их нет, этот порочный круг каждый раз вынужден разрывать суд.

Истица добилась своего и отвоевала право на досрочную страховую пенсию по старости. В частности, в своём решении суд напомнил о Постановлении Правительства № 1066, прямо предусматривающем льготное исчисление стажа для медицинской сестры отделения анестезиологии-реанимации. Таким образом, «отсутствие в наименовании должности истца слова «анестезист» не имеет значения для решения вопроса о наличии права на льготное исчисление». При справедливом подсчёте с учётом всех выявленных факторов её льготный стаж даже превысил 30 лет. Она и сейчас на посту врача спасает людей в больнице.

Вредность во имя жизни

Врач-гематолог Людмила Сёмина тоже испытала глубокое разочарование, когда обратилась за досрочной страховой пенсией в УПФР в Октябрьском районе Иркутска. По своей специальности она работает с 1992 года, защитила кандидатскую диссертацию. Ей постоянно приходится иметь дело с лейкозами, злокачественными болезнями крови, когда широко применяется химиотерапия. В её основе – цитостатики, группа противоопухолевых препаратов, которые уничтожают в организме больного раковые клетки. Переносится лечение тяжело, но мало кто упоминает, что свою дозу вредности получают также врачи, средний и младший медперсонал, то есть те, кто работает с такими больными. Помимо контактного воздействия присутствие столь агрессивных веществ неизбежно и в воздухе. Согласно п. 2 ч.1 ст. 30 ФЗ «О страховых пенсиях», такие работники имеют право требовать назначения досрочной пенсии. Условие для женщины: возраст – 50 лет, страховой стаж – 20 лет, не менее 10 лет нужно отдать работе с тяжёлыми условиями труда.

В Списке 2 указаны работники, занятые в отделениях химиотерапии онкологических учреждений. Но есть письмо Минтруда от 20 октября 1992 года № 2010-РБ, которое разъясняет, что не только в онкологических, но и в гематологических учреждениях (отделениях) имеются подразделения химиотерапии, где по аналогичным схемам лечат больных с онкологическими заболеваниями крови. Характер и условия труда схожи. Поэтому гематологу, как и онкологу, выполняющему эти функции, положена льготная пенсия.

Только в Пенсионном фонде рассудили иначе. На момент обращения Людмила Сёмина, по мнению чиновников, не заслужила права на досрочную пенсию, так как не доказала это документами. И стаж лечебной деятельности у неё не дотянул до положенных 30 лет: составил чуть больше 21 года. Как и в предыдущем случае, не был засчитан период на курсах повышения квалификации. Так что ей был от ворот поворот. В такой ситуации она обратилась в суд. Там внимательно ознакомились со спецификой её работы начиная с 1992 года. Постоянная занятость специалиста в лечении больных химиопрепаратами была подтверждена отчётами гематологического отделения областной клинической больницы, должностной инструкцией врача-гематолога, картой аттестации рабочего места. Как подтвердил в суде представитель больницы, работа коллеги действительно связана с риском утраты профессиональной трудоспособности до достижения общего пенсионного возраста. Причина – длительное неблагоприятное воздействие на организм различных факторов, обусловленных спецификой её профессиональной деятельности.

По совокупности приведённых доказательств и с учётом разъяснений Минтруда о льготном пенсионном обеспечении суд принял решение в пользу истицы. Она имеет право на назначение досрочной страховой пенсии по Списку № 2. Положенный стаж у неё для этого имеется – и даже с лихвой.

«Нет» и «да» для акушерки

Отказ в праве на досрочную страховую пенсию по старости акушерка Ольга Ножкина тоже получила в УПФР в Октябрьском района Иркутска. Основание «железобетонное» – отсутствие требуемого стажа лечебной деятельности. По закону нужно отработать 30 лет, а ей насчитали только 28 с половиной. Между тем, обращаясь в пенсионное ведомство, Ножкина была уверена, что по закону год работы акушеркой идёт за полтора. Так что нужного стажа на момент обращения у неё было даже с избытком. Пришлось доказывать своё право в судебном порядке.

В Кировском районном суде Иркутска подтвердили, что акушерка права. Сотрудники фонда неправомерно исчисляли её стаж в календарном порядке. Дело в том, что по существующему положению (есть письмо и приказ Минздрава) акушерские, родильные отделения приравнены к хирургическим подразделениям, где для работников установлен специальный стаж – год за полтора. Суд согласился, что спорные периоды акушерской работы истицы подлежат включению в такой льготный стаж. Решение суда полностью удовлетворило истицу.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Пресс-релизы
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector